Соучастие в преступлении

Понятие и занчение соучастия в уголовном праве России

Согласно ст. 32 УК соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Совместность преступных действий соучастников, как правило, повышает общественную опасность содеянного. Поэтому в соответствии с п. «в» ч. I ст. 63 УК отягчающим обстоятельством при назначении наказания признается совершение преступления в составе группы лиц, группы лип по предварительному сговору, организованной группы или преступного сообщества (преступной организации).

В УК предусматриваются составы, в которых совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору или организованной группы учитывается в качестве квалифицирующих признаков (п. «ж» ч. 2 ст. 105, п. «а» ч. 3 ст. 111, п. «г» ч. 2 ст. 112, п. «б» ч. 2 ст. 131 и др., а совершение преступления организованной группой либо преступным сообществом (преступной организацией) — в качестве особо квалифицирующего признака (п. «а» ч. 3 ст. 126, ч. 3 ст. 127, п. «в» ч. 3 ст. 127 1 , ч. 3 ст. 127 2 , п. «а» ч. 4 ст. 158, ч. 4 ст. 160 и др.).

Судебная практика, однако, указывает на то, что роль и вклад отдельных соучастников при совместном совершении преступного деяния далеко неодинаковы. Среди них выделяются организаторы, наиболее активные участники совершения преступления, а также лица, оказавшиеся участниками преступления в силу случайных обстоятельств. Поэтому каждый соучастник несет за совместно совершенное преступление ответственность в строгом соответствии с его индивидуальной ролью и виной в совершении преступления.

Соучастие характеризуется определенными объективными и субъективными признаками. Объективными его признаками являются участие в преступлении двух и более лиц и совместность их деятельности. Соучастие предполагает участие в совершении умышленного преступления не менее двух лиц. Условием наличия его признается достижение каждым соучастником возраста, с которого наступает уголовная ответственность (ст. 20 УК), и их вменяемость (ст. 19 и 22 УК).

Обязательным объективным признаком соучастия является совместность совершения ими преступления. При определении понятия соучастия в ст. 32 УК прямо указывается на совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Преступный результат при этом достигается объединенными усилиями этих лиц. Сказанное выше означает, что действия всех соучастников находятся в причинной связи сданным результатом.

Вклад соучастников преступления в достижение преступного результата бывает, как правило, различным. В абзаце 2 п. 10 постановления ПВС РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» разъясняется, что убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них.

С субъективной стороны действия (бездействие) соучастников характеризуются умышленной виной. При характеристике понятия соучастия в ст. 32 УК прямо указывается на умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. Умысел каждого соучастника прежде всего характеризуется осознанием им общественной опасности совершаемых им действий и совместности их совершения с другими соучастниками. Все соучастники осознают, что своими действиями вносят определенный вклад в достижение преступного результата. С точки зрения волевой каждый соучастник желает совершения преступных действий совместно с другими лицами и наступления преступного результата либо, хотя и не желает, но сознательно допускает его или относится к нему безразлично.

Для соучастия характерен, как правило, прямой умысел. Однако соучастие возможно и при наличии косвенного умысла, когда тот или иной соучастник, осознавая общественную опасность совершаемого деяния и предвидя его общественно опасные последствия, не желает их, но сознательно допускает либо к ним относится безразлично.

Соучастники могут руководствоваться разными мотивами и целями. Если при описании признаков состава преступления в статье УК мотив и цель не указаны, расхождение мотивов и целей соучастников на квалификации содеянного не сказывается. Когда же в статье Особенной части УК указывается на цель и мотив преступления, соучастниками могут признаваться лишь те из них, кто знал о наличии этих мотивов и целей при совместном совершении преступления и сознательно содействовал их осуществлению.

При совершении преступления по неосторожности соучастие невозможно. Соучастие отсутствует, когда лицо по неосторожности содействует в совершении преступления другому лицу, так как в этом случае нет совместного совершения этими лицами умышленного преступления.

Дискуссионным остается вопрос о субъективной связи исполнителя преступления с другими соучастниками. Отдельные авторы полагают, что отсутствие двусторонней субъективной связи исполнителя и иных соучастников соучастия не исключает. Однако эта научная позиция не согласуется со ст. 32 УК, согласно которой соучастие есть умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Формы и виды соучастия

В науке уголовного права вопрос о формах и видах соучастия решается неоднозначно. В зависимости от характера и степени фактического участия каждого соучастника в совершении преступления УК различает две основные формы соучастия: соисполнительство и соучастие с исполнением различных ролей.

Соисполнительство представляет собой такую форму соучастия, при которой два или более лица полностью либо частично своими действиями (бездействием) исполняют непосредственно объективную сторону совершаемого преступления. При этом каждый из участвующих в совместном совершении преступления лиц признается исполнителем (соисполнителем) данного преступления. С объективной стороны каждый из соисполнителей совершает действия (бездействие), содержащие признаки одного и того же состава преступления. При этом каждый соисполнитель выполняет объективную сторону совместно с другими соучастниками преступления.

С субъективной стороны соисполнительство предполагает осознание каждым соучастником, что преступное намерение им реализуется совместно с другим(ми) соучастником(ми). При соисполнительстве нередко кто-либо из соучастников объективную сторону совершаемого совместно преступления выполняет лишь частично. Сказанное характерно при совершении преступлений, объективная сторона которых слагается из внешне различных действий соучастников, в совокупности составляющих состав одного и того же преступления. При изнасиловании, например, один из соисполнителей может совершать насильственный половой акт, а другой содействовать этому путем физического преодоления сопротивления потерпевшей.

Видами соисполнительства по смыслу ст. 35 УК являются совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой и преступным сообществом (преступной организацией).

Соучастие с распределением ролей соучастников характеризуется тем, что исполнитель при этом непосредственно совершает действия, составляющие объективную сторону состава преступления, а другие соучастники — подстрекатель, организатор и пособник своими действиями создают ему условия .тля успешного совершения преступления либо облегчают ему реализацию преступного намерения. При данной форме соучастия его участники исполняют разные роли в совместном преступном деянии (в нем участвуют исполнитель и подстрекатель, организатор, пособник и исполнитель и т.п.).

Соучастие в преступлении

Соучастие — это умышленное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления.

Это участие двух и более лиц, являющихся субъектами преступления, т. е. достигших возраста уголовной ответственности и вменяемых, в противном случае о соучастии говорить нельзя. Бывают случаи, когда малолетних и душевнобольных используют в качестве непосредственных исполнителей преступления, заведомо зная, что они не являются субъектами преступления и не подлежат уголовной ответственности. В этом случае лицо, использующее их в качестве живого орудия преступления, будет отвечать как исполнитель преступления.

Действия виновных должны быть совместными, направленными на одну цель, дополняющими друг друга. Поэтому соучастие возможно до окончания преступления, так как невозможно помочь достичь цели, если она уже достигнута, преступление совершено. Если лица участвуют в одном посягательстве, но у них разные цели, то нельзя говорить о соучастии. Встречаются ситуации, когда у преступников нет договоренности о совместных действиях. Например, проходя мимо взломанной двери квартиры, Б. увидел К., укладывающего вещи в сумку. Не говоря ни слова, Б. вошел в квартиру и взял несколько ценных предметов. Б. и К. в этом случае будут квалифицироваться как исполнители отдельных преступлений, но не как соучастники.

Необходимо наличие умысла на совершение совместно с другими общественно опасного деяния.

В зависимости от характера и степени (роли) участия в совместном преступлении можно определить следующие [[виды соучастников]] (рис. 1).

Рис. 1. Виды соучастников

Исполнитель — лицо, непосредственно своими действиями совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в совершении преступления вместе с другими лицами — соисполнителями. Соисполнители могут выполнять как одинаковые действия (групповая драка, например), так и раздельные функции (один держит жертву за руки, другой наносит удары ножом).

Организатор — лицо, организовавшее преступление либо руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими. Эта фигура наиболее опасна, так как она вовлекает в преступную деятельность других лиц, направляет их действия, вносит в их деятельность организованность и систему. Организация преступления — это приискание и подготовка исполнителя, соучастников, распределение ролей, составление плана, приискание орудий и средств преступления. Руководство совершением преступления — это распределение обязанностей, дача обязательных для выполнения указаний исполнителю и соучастникам, активное лидерство в преступлении. Иногда организатор может быть одновременно и соисполнителем преступления.

Подстрекатель — это лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления. Подстрекатель своими действиями непосредственно в совершении преступления не участвует, не организует и не руководит преступлением, иначе бы это был соответственно исполнитель и организатор преступления. Подстрекатель лишь вызывает у другого лица решимость совершить преступление, причем не преступление вообще, а какое-либо конкретное преступление (убить определенного человека, угнать автомобиль). Подстрекатель может использовать различные способы и средства: подкуй, угрозы, обещания, уговоры — т. е. совершать любые активные действия, склоняющие к совершению уголовно наказуемого деяния. Мотивы и цели у подстрекателя и исполнителя могут быть разными, главное, чтобы подстрекатель понимал, что вовлекает человека в совершение общественно опасного деяния.

Пособник — это лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением средств или устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, орудия и средства совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы. Пособник должен выполнить свои функции до начала или в момент исполнения преступления, но обязательно до фактического завершения преступления, иначе это уже будет не соучастие, но прикосновенность к преступлению (заранее не обещанное укрывательство, недонесение), так как соучастие — это участие в совершении преступления, действия соучастника должны способствовать наступлению преступного результата. Пособник должен осознавать, что содействует совершению преступления, предвидеть последствия преступления. Пособник не организует преступление, не участвует непосредственно в совершении преступления, иначе это будет организатор и исполнитель. Пособничество советами, указаниями, обещание укрыть преступника укрепляет решимость лица, уже замыслившего преступление, а не вызывает эту решимость, в противном случае эти действия будут квалифицироваться как подстрекательство.

Уголовный закон не предусматривает особых оснований ответственности за соучастие, поэтому наказание определяется пределами наказания, предусмотренными статьей УК РФ, регулирующей ответственность исполнителя. Другими словами, закон не предусматривает ни более сурового, ни более мягкого наказания соучастникам, однако устанавливает требование, согласно которому ответственность соучастников определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления, их значимостью при совершении деяния. Поэтому организатор и подстрекатель обычно получают более суровое наказание, пособник же, в силу вспомогательного характера своих функций, — более мягкое.

Соучастник отвечает лишь за те действия, которые он предвидел, которые охватывались его умыслом. Поясним это на примере. В процессе квартирной кражи А. непосредственно осуществлял похищение имущества, а Б. стоял внизу и смотрел, не появятся ли хозяева. Внезапно в квартиру входит хозяин, который через некоторое время оказывается убитым непосредственным исполнителем. Но ведь Б. не предвидел такой вариант развития событий, он не давал согласия А. на такие действия. Поэтому действия А. будут квалифицироваться как умышленное убийство в совокупности с покушением на кражу, а действия Б. — как соучастие в покушении на кражу.

www.grandars.ru

Соучастие в преступлении: проблемы квалификации и законодательного применения

Рубрика: Государство и право

Дата публикации: 14.04.2017 2017-04-14

Статья просмотрена: 2816 раз

Библиографическое описание:

Лисица А. А., Шищенко Е. А. Соучастие в преступлении: проблемы квалификации и законодательного применения // Молодой ученый. — 2017. — №15. — С. 262-265. — URL https://moluch.ru/archive/149/42104/ (дата обращения: 09.08.2018).

В данной статье поднимается тема, которая очень актуальна на сегодняшний день, и которая порождает много вопросов в правоприменительной практике, но ответов на эти вопросы не так много. Соучастие в преступления — это тема нашей статьи. В ней будут рассмотрены проблемы, с которыми чаще всего сталкиваются суды при разрешении уголовных дел и вынесении приговоров лицам, совершившим преступление в соучастии, и пути решения этих проблем. Также будут приведены примеры из судебной практики, когда судами были допущены ошибки при разбирательстве дел о соучастии.

Ключевые слова: соучастие в преступлении; проблемы института соучастия в преступлении; соучастие с несовершеннолетними лицами; квалификация преступлений, совершенных в соучастии

Впервые законодательно такой институт, как соучастие в преступлении, нашел отражение в Уголовном уложении 1903 года. Далее, в советском уголовном праве он был закреплен в УК РСФСР 1960 г., и статья 17 звучала таким образом: «Умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении преступления» [2].

В ныне действующем Уголовном кодексе РФ 1996 года содержится целая глава 7, которая состоит из пяти статей и включает в себя такие понятия, как: формы соучастия, эксцесс исполнителя преступления, виды соучастников, особенности ответственности соучастников [1].

В правоприменительной практике при квалификации преступлений, совершенных группой лиц без предварительного сговора, группой лиц по предварительному сговору, преступным сообществом или организованной группой, возникают трудности, так как соучастие требует давать правовую характеристику сразу нескольких лиц, действия которых связаны единым умыслом и совместным совершением общественно опасного деяния.

В настоящее время в институте соучастия возникает много проблем. Они, в большинстве своем, являются спорными.

Стоит перечислить некоторые проблемы соучастия в преступлении, встречающиеся на практике.

  1. Проблема неосторожного сопричинения. В этом случае несколько лиц, заранее не договариваясь и не согласовывая между собой свои намерения, действуя в одиночку, по неосторожности совершают одно преступление.
  2. Проблема неправильной квалификации. Не являются редкостью такие случаи, когда суд квалифицирует преступление как совершенное по предварительному сговору, когда сговора не было или пособника преступления квалифицируют как соисполнителя.
  3. Проблема отсутствия в действующем УК РФ отличительных критериев «преступного сообщества» от «преступной организации» или «группы лиц по предварительному сговору» от «организованной группы».
  4. Проблема посредственного исполнительства (посредственного причинения вреда) при соучастии в преступлении. В данном случае одно лицо, которое рассматривается как исполнитель, совершает преступную деятельность, и в качестве орудия преступления использует лиц, не обладающих признаками субъекта преступления (невменяемых или не достигших возраста уголовной ответственности).

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ, лицо, вовлекшее в совершение преступления, не достигшего возраста уголовной ответственности или невменяемого, несет уголовную ответственность за данное общественно опасное деяние как исполнитель.

Об этом же говорится и в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 [3].

Но при этом некоторые ученные утверждают, что при таком соучастии, в котором участвуют не подлежащие уголовной ответственности лица под руководством вменяемого и достигшего возраста уголовной ответственности лица, соучастия как такового нет, так как невменяемое и не достигшее возраста лицо не является субъектом преступления [4]. Из этого следует, что уголовной ответственности подлежит только одно лицо исполнитель. Как нам известно из статьи 32 УК РФ, в соучастии принимают участие два или более лица. При этом подразумевается, что эти лица являются вменяемыми и достигли возраста уголовной ответственности на момент совершения преступления (по общему правилу — 16 лет, а в некоторых случаях 14 лет). А значит, в таком соучастии участвует только одно лицо, являющееся субъектом преступления, и вряд ли такое лицо может называться исполнителем преступления.

Непонятно, почему посредственное исполнительство или посредственное причинение относится к соучастию (ч. 2 ст. 33 УК РФ). Ведь как говорится в той же ч. 2 ст.33 УК РФ «другие лица», под которыми понимаются, в том числе, и невменяемые лица, не являются субъектами преступления и не подлежат уголовной ответственности, как уже было сказано ранее, именно поэтому они и не могут являться соучастниками преступления. Из этого следует, что в этих случаях соучастия как такового нет.

Что касается проблемы неосторожного сопричинения, то она на сегодняшнее время остается довольно спорной.

Уголовное законодательство Российской Федерации не признает неосторожность при соучастии. В статье 32 УК РФ четко определено, что соучастием является только совершение умышленного преступления. Но некоторые ученые придерживаются другого мнения, согласно которому неосторожность в соучастии возможна.

Н. Д. Сергеевский полагал, что неосторожное соучастие случается, когда соучастники не предвидят последствия, но могут и должны предвидеть. Например, на крыше дома работают люди, и начальник без достаточных предостережений приказывает сбросить бревно вниз, один рабочий подзывает на помощь другого, и они вместе скидывают его. Бревно падает на человека и причиняет ему смерть. В этом случае, начальник — подстрекатель в неосторожном соучастии, первый работник — исполнитель, а второй — пособник или соисполнитель, в зависимости от того, какие действия он предпринимал, чтобы помочь [5].

С Н. Д. Сергеевским был солидарен и И. Я. Хейфец, который в своей книге выделил целую главу о неосторожном подстрекательстве [6].

Ф. Лифт был не согласен с тем, что в соучастии есть место неосторожности. Он считал, что нет неосторожного подстрекательства и пособничества, есть только умышленное, так как и подстрекатель и пособник вполне могут осознавать свои действия и их последствия [7].

Что касается остальных перечисленных проблем, то можно обратиться непосредственно к судебной практике.

Приведем примеры неверной квалификации. Так, Я. и К. были осуждены Истринским городским судом Московской области за соучастие в служебном подлоге, повлекшим существенное нарушение охраняемым законом интересов государства, совершенного в форме подстрекательства, а также в форме пособничества. Судебная коллегия Московского областного суда признала квалификацию по соучастию ошибочной, указав, что в суде первой инстанции при составлении протокола М. внес заведомо ложную информацию с целью добиться более высоких показателей в работе. Также, суд первой инстанции при вынесении приговора Я. и К. не принял во внимание правила, которые содержатся в статье 32 УК РФ и части 4 статьи 33 УК РФ, тем самым нарушил требования уголовно-процессуального и уголовного закона. При вынесении приговора суд первой инстанции необоснованно принимал ложные показания свидетелей, а правдивые показания отвергал. Кроме того, судебной коллегией Московского областного суда были замечены грубые ошибки, допущенные судом первой инстанции, в выводе описательно-мотивировочной части приговора, в которую были занесены недостоверные и ничем не доказанные показания свидетеля М. При этом, как выяснилось, М. не давал тех показаний, которые были учтены судом первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора. В результате обнаружения факта нарушения судом первой инстанции уголовно-процессуального и уголовного закона, судебная коллегия Московского областного суда отменила квалификацию преступления как совершение преступления в соучастии в отношении Я. и К. [8]. Другим примером является уголовное дело в отношении К., который в суде первой инстанции был осужден за покушение на кражу группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину. Но суд первой инстанции не учел ч. 2 ст. 35 УК РФ, в соответствии с которой преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Кроме того, суд первой инстанции не посчитал нужным обратиться к разъяснениям Пленума Верховного суда РФ п.8 Постановления от 27.12.2002 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», в котором говорится, что содеянное исполнителем, то есть К., не может квалифицироваться как преступление, совершенное группой лиц по предварительному сговору, если организатор, пособник либо подстрекатель непосредственно не участвовали в совершении хищения чужого имущества. А так как неустановленное лицо по независящим от него причинам не принимало участие в совершении кражи, в действиях К. отсутствует квалификационный признак — совершения хищения «группой лиц по предварительному сговору». Вследствие чего размер наказания был снижен [9].

Также в судебной практике есть случаи возникновения проблем при разграничении понятий «организованная группа» и «группа лиц по предварительному сговору». Так, в Ставропольском крае суд кассационной инстанции отменил решение суда первой и апелляционной инстанций в отношении двух лиц, выявив ошибку в применении уголовного закона, что существенно повлияло на квалификацию преступления. Ставропольский краевой суд установил, что в действиях Ф. и Н. не имеется признаков организованной группы, а именно: профессионализма; большой степени устойчивости, которая предполагает наличие постоянных связей между членами группы и специфических методов деятельности по подготовке преступлений; распределения ролей; тщательной подготовки и планирования преступления организатором; технического оснащения и координации соучастников; тщательного подбора и вербовки соучастников; особого порядка вступления в организованную группу; стабильности и сплоченности ее состава; узкой преступной специализации соучастников, а также подчинения жесткой групповой дисциплине. Учитывая это, в ходе разбирательства было установлено, что для совершения преступления Ф. и Н. вступили в предварительный сговор, но признаков организованной группы нет, из этого следует, что в их действиях усматривается квалифицирующий признак совершения преступления «группой лиц по предварительному сговору». В результате чего квалифицирующий признак «совершение разбоя организованной группой лиц» был изменен на «группой лиц по предварительному сговору» и размер наказания снижен [10].

При изучении спорных и проблемных моментов в институте соучастия, а также судебной практики по соучастию, можно сделать вывод, что наши суды, как и раньше, достаточно серьезно и часто ошибаются в квалификации преступлений по данному институту. Не вносят ясности и четкости также и постановления Пленума Верховного Суда РФ. Многие люди осуждены по результатам неправильной квалификации и срок заключения под стражей у них выше, чем они того заслужили.

На наш взгляд, существование таких проблемы зависит от нескольких причин. Прежде всего, правоохранительные органы хотят повысить процент показателей о раскрываемости преступлений в институте соучастия. Здесь идет речь непосредственно о группах по предварительному сговору, преступных сообществах и т. д. И при этом не принимается во внимание, что в конкретном преступлении отсутствуют признаки, например, организованной группы. Также некоторые свидетели вводят в заблуждение суд, дав ложные показания насчет конкретного лица, а суд, в свою очередь, не разобравшись до конца, выносит приговор на основании ложных показаний свидетеля, тем самым утверждает неправильную квалификацию преступления. Как уже было сказано выше, отсутствие четких критериев различия между группой лиц по предварительному сговору и организованной группой в уголовном законодательстве также может вводить в заблуждение суд.

Уголовному законодательству нашей страны необходимо в срочном порядке решать эти проблемы, потому что соучастие представляет собой очень серьезный институт, так как в одном преступлении задействуются сразу несколько лиц, от чего общественная опасность поднимается в разы.

На наш взгляд, государству необходимо принять ряд мер для исправления этих ошибок и проблем. В первую очередь, нужно разработать четкие критерии разграничения между группой лиц по предварительному сговору, преступным сообществом, организованной группой и т. д. Также следует тщательнее проводить следствие по данному институту, при этом обязательно привлекать к ответственности должностных лиц правоохранительных органов, которые сознательно «закрыли глаза» на отсутствие признаков конкретного преступления. В каждом случае, в суде при разрешении дела о соучастии, необходимо обязать суд обращаться не только к нормам уголовного закона, но и к всевозможным действующим постановлениям, которые уточняют и расширяют положения о соучастии.

Когда уголовное законодательство начнет активно бороться с проблемами соучастия, процент преступлений, совершенных в соучастии, станет меньше, повысится процент раскрываемости таких преступлений, и что самое важное — будет снижен процент ошибочной квалификации при вынесении приговора и назначении уголовного наказания.

moluch.ru

Проблемы соучастия в преступлении (Мальцев В.В.)

Дата размещения статьи: 21.04.2015

Определение соучастия в преступлении (во всяком случае, теоретическое) должно отражать не только содержание соучастия с разделением ролей, как это сейчас и закреплено в ст. 32 УК, но и другого его вида: совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией).
При подходе к соучастникам как к виду соучастия становится вполне ясным, что через посредство ст. 33 УК законодатель определяет формы соучастия с разделением ролей, ибо вне совместно совершенного преступления такое деление имеет лишь историко-теоретическое, гипотетическое значение. Поскольку вариантов форм соучастия с разделением ролей больше, нежели при соисполнительстве, а их выделение обычно не имеет значения для характера общественной опасности совершенного деяния, постольку единственным приемом нормативного выражения этих форм и является предложенный законодателем в ст. 33 УК.
В уголовно-правовой литературе весьма разнообразен подход к «лестнице» видов и форм соучастия в совершении преступления, критериев ее построения. Как считает В.С. Комиссаров: «Установление конкретной формы соучастия позволяет дать оценку характера и степени общественной опасности совместной преступной деятельности в целом» . «Видами соучастия, исходя из характера выполнения объективной стороны преступления, — пишет Н.Ю. Клименко, — выступают соисполнительство (простое соучастие) и соучастие с разделением юридических ролей, то есть выделением фигур организатора, подстрекателя или пособника, осуществляющих общественно опасное посягательство опосредованно через исполнителя» .
———————————
Комиссаров В.С. Соучастие в преступлении // Российское уголовное право. Общая часть / Под ред. В.С. Комиссарова. СПб., 2005. С. 269.
Клименко Н.Ю. Формы и виды соучастия // Уголовное право России: Курс лекций: В 6 т. / Под ред. Б.Т. Разгильдиева. Т. 2. Саратов, 2008. С. 466 — 467.

Между тем совершение преступления с одним исполнителем и одним соучастником, как правило, менее опасно, нежели его совершение двумя исполнителями (пусть даже в группе лиц без предварительного сговора), ибо интенсивность деяния, непосредственно направленного на причинение вреда охраняемому объекту, увеличивается, как минимум, в два раза. Гораздо больше эта интенсивность возрастает при совершении преступления организованной группой или преступным сообществом. В то же время любое количество соучастников качественно не увеличивает интенсивность, следовательно, и общественную опасность действий (бездействия) исполнителя, ограниченную физическими и умственными способностями одного человека. Именно поэтому формы соучастия с разделением ролей, влияющие лишь на степень общественной опасности конкретно совершаемых преступлений, в отличие от групповых преступлений не включены законодателем в нормы Особенной части УК в качестве квалифицирующих или особо квалифицирующих признаков составов преступлений.
Соучастие с разделением ролей и соучастие, предусмотренное ст. 35 УК, как виды института соучастия в совершении преступления (рода) не могут быть охватываемыми ни собственными конкретными проявлениями, выражениями (формами) , ни формами другого вида соучастия. Отсюда неверно включать соучастие с разделением ролей в классификацию форм соучастия, ибо последние могут быть определены лишь относительно каждого из видов соучастия в преступлении.
———————————
«Вид — в логическом смысле понятие, которое образуется посредством выделения общих признаков в индивидуальных понятиях и само имеет общие признаки с другими видовыми понятиями: из понятия вида может быть образовано еще более широкое понятие — понятие рода» (Философский энциклопедический словарь. М., 2009. С. 68).
«Форма — прежде всего внешнее очертание, наружный вид предмета, внешнее выражение какого-либо содержания, а также и внутреннее строение, структура, определенный и определяющий порядок предмета» (Там же. С. 490).

Нерешенность вопросов соотношения между видами и формами соучастия в преступлении, непрекращающиеся попытки в уголовно-правовой теории «втиснуть» в круг его форм и соучастие в совершении преступления с разделением ролей, скорее всего, и не дают возможности законодателю дать общее название ст. 35 УК, вынуждая перечислять в ее наименовании все формы этого вида совместного преступного и общественно опасного поведения. Касаясь же названия ст. 35 УК, то оно вполне могло бы выглядеть так: «Соучастие в совершении преступления группой лиц». Группа лиц при соучастии в совершении преступления как понятие охватывает своим содержанием все указанные в ст. 35 УК формы соучастия и одновременно выступает единым основанием его деления .
———————————
Нелишне напомнить и, пожалуй, главное логическое правило «деления объема понятия: 1) В одной и той же классификации необходимо применять одно и то же основание» (Кондаков Н.И. Логический словарь. М., 1971. С. 215).

Определяющие характер общественной опасности форм соучастия в групповом преступлении критерии — это общие критерии общественной опасности антисоциального поведения: согласованность и интенсивность действий (бездействия) двух или более лиц при выполнении объективной стороны состава совершаемого ими общественно опасного деяния; направленность общественно опасного деяния на причинение вреда объектам уголовно-правовой охраны. Итак, классификация видов и форм соучастия в совершении преступления выглядит так: 1) совершение преступления в соучастии с разделением ролей; 2) совершение преступления в соучастии группой лиц: а) без предварительного сговора, б) по предварительному сговору, в) организованной группой, г) преступным сообществом (преступной организацией).
Согласованность действий (бездействия) двух или более лиц при выполнении объективной стороны состава совершаемого ими общественно опасного деяния — это минимум, который в аспекте субъективной стороны преступления позволяет говорить о его совместном совершении. Отсюда едва ли правильно определять изначальную форму группового преступления лишь как преступление, совершенное «группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора» (ч. 1 ст. 35 УК). В этой норме необходимо указать на содержательный признак «группы лиц», который будет выражать и ее специфику, и общее, что объединяет все формы группового преступления между собой. Сказанное дает основания предложить такую редакцию названия и части первой ст. 35 УК:
Соучастие в совершении преступления группой лиц
1. Преступление признается совершенным группой лиц, если оно совершено согласованными действиями (бездействием) двух или более исполнителей.
В связи с чем в случаях, когда законодатель не считает возможным конкретную форму соучастия в группе лиц признавать качественно влияющей на характер общественной опасности совместного преступления (к примеру, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК — убийство, «совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой»; п. «а» ч. 2 ст. 131 УК — изнасилование, «совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой»), необходимость перечислять в диспозиции одной и той же нормы Особенной части УК почти все формы такого соучастия вызывает сомнение. Во-первых, подобное перечисление не решает проблемы нормативного (а может быть, главное правоприменительного) выражения оставшихся форм группового преступления. Вот какие рекомендации на этот счет даны в п. 16 Постановления N 12 Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)»: «При совершении участником преступного сообщества (преступной организации) тяжкого или особо тяжкого преступления его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 210 УК РФ и соответствующей частью (пунктом) статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом квалифицирующего признака «организованная группа» (например, по пункту «а» части 4 статьи 162 УК РФ как разбой, совершенный организованной группой). Если состав совершенного преступления не предусматривает в качестве квалифицирующего признака совершение его организованной группой, действия лица подлежат квалификации по ч. 2 ст. 210 УК РФ и соответствующей части (пункту) статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, содержащей квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», а при его отсутствии — по признаку «группой лиц» . Получается, что преступление, совершенное преступным сообществом, квалифицируется лишь как совершенное организованной группой (п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ) или применительно к другим составам преступления, не обладающим этим признаком, — как к подлежащим «квалификации. «группой лиц по предварительному сговору», а при его отсутствии — по признаку «группой лиц» . Следовательно, преступление, оцениваемое с точки зрения уголовного закона как совершенное преступной организацией, в некоторых случаях может признаваться и совершенным простой группой лиц. Несправедливость такой оценки едва ли требует доказательств.
———————————
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2010. N 8. С. 6.
Там же.

Влияющие только на степень общественной опасности признаки совершения преступления группой лиц должны учитываться не более как в качестве отягчающих обстоятельств («совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группы или преступного сообщества (преступной организации») — п. «в» ч. 1 ст. 63 УК (обстоятельства, отягчающие наказание). Однако и для этого они должны быть названными своими собственными именами, вменены в качестве обстоятельств, хотя бы отягчающих наказание. Поэтому в аспекте принципа законности («Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом» — ч. 1 ст. 3 УК) вполне допустимо и сейчас вменять в вину, допустим, за те же совершенные лицом убийство или изнасилование в качестве отягчающего наказание обстоятельства их совершение «в составе преступного сообщества» (п. «в» ч. 1 ст. 63 УК).
Тем не менее, лучшим решением этого вопроса было бы исключение из диспозиций этих и подобных им норм Особенной части УК указания на группу лиц по предварительному сговору и организованную группу. Оставив в таких нормах лишь «группу лиц» (или «группу лиц по предварительному сговору») и назвав в ст. 35 УК формы соисполнения соучастием в совершении преступления группой лиц, законодатель тем самым в «группе лиц» учел бы и все другие формы соучастия, сделал бы возможным прямое вменение в вину лицу, совершившему такого рода преступление, как его совершение в составе группы лиц по предварительному сговору, так и в организованной группе или преступном сообществе. Ведь последние — это тоже группы лиц, хотя и более согласованные и гораздо более опасные. Вместе с тем, если законодатель считает их опасность не выходящей за пределы характера общественной опасности единого преступления, то нет и смысла в их перечислении в диспозиции соответствующей нормы. Достаточно обозначения основной самой широкой по содержанию и потому охватывающей все остальные формы соучастия формы — «группа лиц».
При том, что в УК не так уж и много норм, где в качестве квалифицирующего признака выступает совершение преступления группой лиц (к примеру, п. «ж» ч. 2 ст. 105, п. «а» ч. 3 ст. 111 (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью), п. «г» ч. 2 ст. 112 (умышленное причинение вреда здоровью средней тяжести), п. «е» ч. 2 ст. 117 (истязание), п. «а» ч. 2 ст. 131, 132 (насильственные действия сексуального характера), ч. 5 ст. 134 (половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста), ч. 2 ст. 214 (вандализм)), а в теории уголовного права почти единодушно признается, что группу лиц могут образовать лишь субъекты преступления, разрешение проблемы квалификации действий виновного при их совершении в группе с не обладающими признаками субъекта преступления лицами (невменяемыми или не достигшими возраста уголовной ответственности) не представляется столь уж однозначным.
Как указано в ч. 2 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве»: «Убийство следует признать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединилось другое лицо (другие лица)» . «Изнасилование и насильственные действия сексуального характера следует признавать совершенными группой лиц, — сказано в ч. 2 п. 10 Постановления N 11 Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации», — и тогда, когда виновные лица, действуя согласованно и применяя насилие или угрозу его применения в отношении нескольких лиц, затем совершают насильственный половой акт либо насильственные действия сексуального характера с каждым или хотя бы с одним из них» .
———————————
Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 3. С. 4.
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 8. С. 3.

Группа лиц при убийстве, изнасиловании и совершении насильственных действий сексуального характера, таким образом, характеризуется в отдельных случаях и «присоединением» действий другого лица к уже выполняющейся объективной стороне упомянутых преступлений. Точно также могут быть образованы группы и при совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 111, п. «г» ч. 2 ст. 112, ч. 5 ст. 134, ч. 2 ст. 214 УК . Между тем присоединение к начавшемуся преступлению отнюдь не всегда предполагает наличие выраженной двусторонней субъективной связи между соисполнителями. Для квалификации совершения преступления в группе лиц для первого из них достаточно продолжения им преступных действий при осознании, что они совершаются теперь не в одиночку, а вместе с присоединившимся лицом. Такую субъективную составляющую связь соучастия можно считать минимумом согласованности.
———————————
К слову, при социально оправданном выделении «группы лиц» в качестве квалифицирующего признака вандализма (ч. 2 ст. 214 УК) невозможно объяснить отсутствие такового в составе хулиганства (ст. 213 УК), где принадлежность к «нашим» всегда объединяла и объединяет хулиганов в группы.

Именно такой минимум согласованности между субъектом и несубъектами преступления характерен для совершения ими деяния в группе лиц, ибо без нее (понимания, какие действия необходимо совершить в данной конкретной обстановке) вне зависимости от наличия вменяемости (то есть осознания общественной опасности деяния) или возраста уголовной ответственности совместные согласованные действия невозможны. Поэтому и соучастие исполнителя в группе лиц совместно с несубъектами преступления вполне возможно. Примечательно, что еще менее выраженными могут быть субъективные связи и между субъектами группового преступления (допустим, при массовых беспорядках — ч. 2 ст. 212 УК). Другое дело, что в силу невменяемости или малого возраста эти лица не подлежат уголовной ответственности. Однако совершенное виновным в группе лиц преступление от этого не перестает быть таковым, не становится совершенным индивидуально.
Даже при полном неприятии лиц, не обладающих признаками субъекта преступления, в качестве членов группы нельзя не признать, что совершаемое исполнителем вместе с ними деяние представляет собой много большую опасность, нежели фактически совершаемое им единолично. По этическим соображениям нельзя, конечно, и участие таких людей в совершаемом преступлении расценивать как применение предметов, используемых в качестве оружия (наряду «с использованием собак или других животных» ). Отсюда верным с позиций института соучастия в преступлении (ведь ума-то у них хватило самостоятельно согласовать свои действия с субъектом преступления) и единственно возможным в аспекте справедливой уголовной ответственности, адекватной общественной опасности совершаемого в группе лиц преступления, представляется признание судебной практикой совершения общественно опасного деяния субъектом преступления совместно с невменяемыми или с лицами, не достигшими возраста уголовной ответственности, в качестве одной из форм группового преступления — группы лиц без предварительного сговора (ч. 1 ст. 35 УК).
———————————
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003. N 2. С. 73.

Для этого вполне достаточно в ч. 2 п. 10 упомянутого Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. (и в аналогичные ему постановления) внести дополнение примерно такого содержания: «Убийство следует признавать совершенным группой лиц и тогда, когда оно совершено исполнителем совместно с невменяемыми или лицами, не достигшими уголовной ответственности».

Список использованной литературы

1. Клименко Н.Ю. Формы и виды соучастия // Уголовное право России: Курс лекций: В 6 т. / Под ред. Б.Т. Разгильдиева. Т. 2. Саратов, 2008.
2. Комиссаров В.С. Соучастие в преступлении // Российское уголовное право. Общая часть / Под ред. В.С. Комиссарова. СПб., 2005.
3. Кондаков Н.И. Логический словарь. М., 1971.
4. Философский энциклопедический словарь. М., 2009.

xn—-7sbbaj7auwnffhk.xn--p1ai

Еще по теме:

  • Статья об ответственности несовершеннолетних Ответственность несовершеннолетних Несовершеннолетние при определенных условиях несут уголовную, административную и иную ответственность. Уголовную ответственность несовершеннолетние несут с 14 лет. Уголовной ответственности подлежит лицо, […]
  • Адвокат петрозаводск Адвокат Воронина М.Л. | Юрист | Петрозаводск Информация Представительство в суде Защита на следствии и в суде________________________________________ Показать полностью… Петрозаводская Центральная Коллегия Адвокатов 1. Жилищные дела • о вселении, […]
  • Понятие признаки и виды субъекта преступления в уголовном праве Понятие признаки и виды субъекта преступления в уголовном праве 29. ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ СУБЪЕКТА ПРЕСТУПЛЕНИЯ Субъект преступления – это лицо, совершившее преступление и способное нести уголовную ответственность, обладающее признаками, […]
  • Разграничение кражи от мошенничества Мошенничество (ст. 159 УК РФ), Отличие мошенничества от кражи Кража. Понятие и виды (ст. 158 УК РФ). Кража - тайное хищение чужого имущества. Кража является формой хищения и, следовательно, обладает всеми объективными и субъективными его […]
  • Ст 111 ук рф смерть по неосторожности Ст 111 ук рф смерть по неосторожности Разграничение части 1 ст. 105 и части 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации Ю. Юзвак, студентка УрГЮА На практике распространенной ошибкой является осуждение за умышленное убийство […]
  • Уголовное право материальный и формальный состав преступления Виды составов преступления Группы соста­вов преступлений 1. В уголовном праве различают несколько видов (групп) соста­вов преступлений. В основу классификации могут быть положены различные критерии. Прежде всего это степень общественной […]