Понятие и цели наказания

Понятие и цели уголовного наказания

Понятие наказания

Многие ученые считают наказуемость одним из обязательных признаков преступления. В самом деле, за каждое преступление, предусмотренное Особенной частью УК РФ, определено наказание. Нет преступления без наказания, равно как без преступления нет наказания. В этом находит отражение принцип неотвратимости ответственности за каждое совершенное преступление.

Наказание — это мера принуждения, применяемая от имени государства по приговору суда к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключающаяся в предусмотренном законом лишении или ограничении прав и свобод осужденного.

Наказание — это мера принуждения. В этом состоит карательная сущность любого уголовного наказания. Она выражается в лишении или ограничении личных, трудовых, имущественных прав преступника, естественно, вне зависимости от его личного к этому отношения.

Наказание — это мера государственного принуждения. Мера ответственности устанавливается приговором государственного института — суда в соответствии с нормами УК РФ, акта, принятого высшим законодательным органом государства. Никакой другой орган (кроме суда) не может назначить уголовное наказание, равно как никакой другой орган, кроме Федерального Собрания РФ, не может устанавливать уголовное наказание за общественно опасное деяние. Исполнение наказания также обеспечивается карательным аппаратом государства.

Только преступление является основанием установления и применения наказания.

Уголовное наказание в целом более сурово, более репрессивно, оно более, чем другие виды юридической ответственности, ущемляет права граждан. Только в рамках уголовной ответственности возможны применение смертной казни, лишение свободы. Те виды наказаний, которые применяются в рамках разных видов ответственности, в уголовном праве тяжелее по срокам и размерам.

Система наказаний обширнее и разнообразнее, чем в иных отраслях права.

Только уголовное наказание влечет такое правовое последствие, как судимость.

Уголовное наказание устанавливается законом, применяется только судом.

Уголовному наказанию свойствен особый порядок его вынесения, определяемый уголовно-процессуальным правом.

Цели наказания

Любое разумное действие человека обязательно должно преследовать определенную цель, в противном случае его можно назвать бессмысленным. Цели во многом определяют пути, методы и средства их достижения. Данные положения целиком относятся и к целям уголовного наказания, которые оказывают сильное, зачастую определяющее влияние на все уголовное право. Так, если основная задача наказания — объявить кару, возмездие за преступление, то соответственно самой популярной санкцией должна стать смертная казнь. Отомрут за ненадобностью такие институты, как условное осуждение, давность привлечения к уголовной ответственности, освобождение от уголовной ответственности и наказания и т. д.

Основными целями наказания в отечественном уголовном праве являются восстаноааение социальной справедливости, а также исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений осужденным (специальная превенция) и иными лицами (общая превенция).

1. Восстановление социальной справедливости. Оно осуществляется применительно как к обществу в целом, так и к потерпевшему в частности: государство частично возмещает причиненный ущерб за счет штрафа, конфискации имущества, исправительных работ и др.; граждане убеждаются в том, что государственные органы способны обеспечить наказание преступника и наказывают его в соответствии с законом исходя из рациональных и социопсихологических соображений, т. е. учитывая начала эффективности, соразмерности, гуманизма. Применительно к потерпевшему социальная справедливость восстанавливается путем защиты законных интересов и прав, нарушенных преступлением. Реализуя эту цель, наказание должно обеспечить и возможность возмещения причиненного вреда, и — в возможных пределах — предусматривается соразмерность лишения или ограничения прав и свобод осужденного страданиям потерпевшего.

2. Специальная превенция. Ее адресатом является лицо, осужденное за преступление. Сам факт совершения преступления свидетельствует о наличии криминогенных свойств личности и характера преступника, а значит, велика вероятность совершения им в будущем новых преступлений. Понятно, что государство не может относиться к такой ситуации безразлично. Оно стремится к исправлению преступника, к замещению отрицательных установок личности преступника на положительные. Таким образом, целью наказания является исправление осужденного, воспитание его как непреступника, т. е. лица, не совершающего преступления хотя бы из страха наказания.

3. Общая превенция. Это предупреждение совершения преступлений иными лицами. Дело в том, что среди законопослушных граждан обязательно есть такая категория лиц, которые хотя и повелением в виде административных, дисциплинарных, просто аморальных проступков демонстрируют возможность и способность совершить также и преступление. В случае гласности судебных процессов, доступности для общества судебных приговоров, свидетельствующих о неотвратимости наказания, такие лица, возможно, не один раз подумают, прежде чем взять в руки нож или отмычку.

4. Возмездие. Эта цель внутренне присуща любому наказанию. В самом деле, суть любого наказания заключается в ограничении или лишении прав, т. е. изменении привычных условий существования в сторону ужесточения. Такой переход с необходимостью вызывает страдания, ощущение наступившего возмездия. Таким образом, элемент кары обязательно присущ уголовному наказанию. Доктрина отечественного уголовного права определяет, что кара, однако, является не самоцелью, а лишь средством достижения цели исправления осужденных посредством устрашения. К сожалению, далеко не всегда уголовное право последовательно придерживается этого принципа, о чем свидетельствует наличие в УК РФ такого вида наказания, как смертная казнь. Понятно, что в этом случае на первый план выходит цель возмездия за преступление, а об исправлении, естественно, речь уже не идет.

Цели уголовного наказания

Цели уголовного наказания — те конечные фактические результаты, которых стремится достичь государство, устанавливая наказание в уголовном законе, определяя меру наказания лицу, виновному в совершении преступления, и применяя эту меру. Согласно ч. 2 ст. 43 УК целями наказания являются восстановление социальной справедливости, а также исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (превенция).

Цель восстановления социальной справедливости — это по существу модифицированная цель кары (от глагола «корить» — укорять, упрекать, порицать, позорить). Реализация данной цели предполагает не месть, возмездие или требование ужесточения санкций, а справедливое осуждение совершенного преступления, порицание виновного и применение при необходимости предусмотренных уголовным законом лишений и ограничений его прав и свобод за то, что это лицо совершило, и в меру того, что оно совершило, т.е. соразмерное воздаяние виновному за содеянное в целях удовлетворения чувства справедливости граждан, вызванного фактом совершения преступления (обеспечения торжества справедливости), а также исправления виновного и предупреждения новых преступлений. Данная цель не предполагает намеренное причинение страданий осужденному или стремление к устрашению или ужесточению наказаний. Согласно ст. 21 Конституции РФ и ст. 7 УК наказание и иные меры уго- ловно-правового характера не могут иметь целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства.

Восстановление социальной справедливости (кара) является одной из целей уголовного наказания — не единственной и не главной, но непременной и весьма важной. Это ближайшая цель, достигаемая уже самим фактом справедливого осуждения виновного за то, что он совершил, и в меру того, что он совершил. При этом она является так называемой промежуточной целью, реализация которой служит необходимой предпосылкой и определенной ступенью на пути осуществления иных — перспективных целей, стоящих перед наказанием. Во многих случаях эта цель оказывается единственной реально достигаемой в результате применения уголовного наказания. Другие — перспективные цели исправления осужденного и предупреждения новых преступлений — могут быть достигнуты лишь в будущем, а могут и не быть достигнуты вовсе, что нередко имеет место.

Цель исправления осужденного заключается в изменении посредством применения уголовного наказания негативных свойств личности виновного, приведших его к совершению преступления, чтобы сделать его безопасным, правопослушным членом общества. Эта цель реализуется посредством оказания на осужденного необходимого, вызываемого характером и степенью его социально-нравственной «испорченности», исправительно-воспитательного воздействия при назначении наказания и в процессе его исполнения. Имеет значение использование любых законных и разумных средств позитивного изменения личности и социальных связей осужденного: установление режима отбывания наказания, применение специальных воспитательных мероприятий, привлечение осужденного к полезному труду, общеобразовательное и профессиональное обучение и т.п. Большое значение имеет самовоспитание, стремление самого осужденного к исправлению, которое необходимо всячески стимулировать.

Цель предупреждения совершения новых преступлений (превенция) состоит в том, чтобы посредством применения уголовного наказания в отношении лица, совершившего преступление, добиться, чтобы ни само это лицо, испытавшее воздействие наказания, ни какие-либо другие лица, которым известен факт применения наказания, не совершали преступлений. В УК 1996 г., в отличие от УК 1960 г., эта цель не подразделяется на цели специального и общего предупреждения. Однако предпочтительным является решение, реализованное в ст. 1 УИК, где данная цель сформулирована точнее: «предупреждение новых преступлений как осужденными, так и иными лицами».

Цель специального (частного) предупреждения заключается в оказании на осужденного посредством использования карательных, воспитательных и предупредительных возможностей назначенного ему уголовного наказания такого психологического и иного воспитательно-предупредительного воздействия, которое удерживало бы его в дальнейшем от совершения новых преступлений. Средством реализации данной цели является также лишение или ограничение лица, к которому применено наказание, фактической возможности совершать новые преступления — путем установления контроля за поведением осужденного, изоляции его от общества, лишения его права занимать должности или заниматься определенной деятельностью и т.п. Эта цель достигается неотвратимостью и своевременностью осуждения виновного и применения к нему наказания, а также справедливостью наказания и правильной организацией его исполнения. Определенное удерживающее значение имеет и строгость содержащегося в санкции и реально применяемого наказания. Показателем эффективности осуществления данной цели является реальное снижение уровня рецидива.

Цель общего предупреждения предполагает оказание посредством установления наказания в уголовном законе и фактического его применения к лицу, виновному в совершении преступного деяния, психологического — по существу устрашающего и потому удерживающего воздействия на граждан, способных при определенных условиях совершить то или иное преступление. Общепредупредительное значение имеет как факт обоснованного установления наказания в уголовном законе, так и факт его своевременного и справедливого назначения виновному и надлежащая организация его исполнения. Эффективность достижения этой цели обеспечивается прежде всего строгостью, но еще более — неотвратимостью уголовно-правового воздействия в отношении лиц, виновных в совершении преступлений.

Сформулированные в ч. 2 ст. 43 УК цели наказания служат ориентирами для законодателя и правоприменительных органов государства в решении вопросов наиболее эффективного использования возможностей уголовных наказаний в противодействии преступлениям. Цели наказания лежат в основе предусмотренной УК системы наказаний (ст. 44-59), правил назначения наказания (гл. 10) и системы уголовно-правовых санкций. Цели определяют и характер правоприменительной деятельности, принимаются во внимание при назначении и исполнении наказания.

Все цели наказания тесно между собою связаны, что не исключает изменений в тот или иной период в их соотношении и приоритета одной цели перед другой. Эти изменения могут быть связаны с состоянием преступности в целом, распространенностью и общественной опасностью отдельных видов преступлений, тенденциями в уголовной политике и законодательстве, изменениями в социальной и экономической жизни общества и т.п.

www.grandars.ru

Достижение целей наказания при исполнении пожизненного лишения свободы (Ищенко О.Е.)

Дата размещения статьи: 15.12.2016

На современном этапе развития нашего государства ратифицировано множество международных соглашений, касающихся прав и законных интересов личности, человека и гражданина. Законодатель признал обязательность реализации прав человека и принципа справедливости как естественного и необходимого условия существования общества и государства . Закрепление в Конституции Российской Федерации приоритета равенства прав и свобод человека, обязанности государства по их гарантированному обеспечению существенно повлияло на изменение социальной сущности смысла института наказания, включая его цели и принципы как основополагающей идеи, определяющие направления развития института исследуемого наказания (ст. ст. 2, 18, 19, 52 Конституции РФ).
———————————
См.: Мицкевич А.Ф. Уголовное наказание: понятие, цели и механизмы действия. М.: Юридический центр «Пресс», 2005. С. 309.

В развитие этих положений в уголовном законодательстве нашла свое отражение цель наказания — восстановление социальной справедливости (ч. 2 ст. 43 УК РФ). Следует согласиться, что именно такое содержание цели наказания выражает социальный смысл института наказания . Законодательство определило доминирующую роль такой цели исходя из того, что само наказание может и должно устранять последствия общественно опасных деяний, восстанавливать нарушенные в результате преступных посягательств права человека. Поэтому для восстановления социальной справедливости, нарушенной преступлением, необходимо назначение преступнику справедливого наказания, обладающего таким нравственно-психологическим воздействием на осужденного, которое является адекватным преступному воздействию на потерпевшего, и других субъектов совершенного лицом преступления. Невозможно представить ситуацию, когда справедливое наказание будет недостаточным для достижения цели восстановления социальной справедливости. Невозможно представить и противоположную ситуацию, когда для достижения цели восстановления социальной справедливости потребуется назначение несправедливого наказания .
———————————
См.: Уголовное право России: Учебник / Кол. авт.: Г.М. Миньковский, А.А. Магомедов, В.П. Ревин. М.: Брандес, 1998. С. 87.
См.: Филимонов В.Д. Восстановление социальной справедливости как цель уголовного наказания. Категория «цель» в уголовном, уголовно-исполнительном праве и криминологии: Матер. IV Рос. конгресса угол. права (28 — 29 мая 2009 г.). М.: Проспект, 2009. С. 406 — 410.

Нельзя согласиться с теми исследователями, которые смешивают уголовно-правовое восстановление социальной справедливости с гражданско-правовым ее восстановлением. Эти исследователи обоснованно отмечают невозможность во многих случаях восстановить то положение, которое существовало до совершения преступления. Именно по этой причине они или вообще отрицают существование цели восстановления социальной справедливости, или видят ее лишь в максимально возможном возмещении вреда, причиненного преступлением личности, обществу или государству. Эти авторы не учитывают, что уголовно-правовое восстановление социальной справедливости не обеспечивается возмещением причиненного преступлением материального и иного вреда.
Нет никаких оснований для поиска сходства данной точки зрения с абсолютными теориями наказания, которые рассматривают наказание как самоцель.
В законодательстве, регулирующем исполнение уголовных наказаний, выделены в самостоятельные категории и другие цели, задачи данной отрасли права. Согласно ч. 1 ст. 1 УИК РФ целью уголовно-исполнительного законодательства являются исправление и предупреждение новых преступлений как осужденными, так и иными лицами. Если сравнить ч. 2 ст. 43 УК РФ, в которой определены цели наказаний, и ч. 1 ст. 1 УИК РФ, то они совпадают. В этом случае проявляются единство и взаимосвязь указанных отраслей законодательства, базовый характер уголовного законодательства, устанавливающего общность целей с уголовно-исполнительным правом.
Одной из основных целей отмеченной отрасли права является исправление осужденных. Впервые это понятие, достаточно сложное с точки зрения его юридического оформления, закреплено в уголовно-исполнительном законе (ч. 1 ст. 9 УИК РФ). Под исправлением осужденных понимается формирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения. Ранее такого рода определения формировались в теории исправительной педагогики.
Цель предупреждения совершения новых преступлений со стороны осужденных реализуется путем применения к ним предусмотренных Уголовно-исполнительным кодексом профилактических мер — это охрана и надзор за осужденными (ч. 1 ст. 92 УИК РФ), комплекс оперативно-розыскных мероприятий (ст. 84 УИК РФ), применение мер поощрения и взыскания (ст. ст. 113, 115 УИК РФ), проведение в различных формах воспитательной работы и т.д. Чем строже, тем интенсивнее и разнообразнее меры, применяемые к осужденным в целях предупреждения с их стороны новых преступлений. Например, при исполнении пожизненного лишения свободы — строгая изоляция от общества, усиленная охрана и надзор, более существенное и максимальное ограничение социальных связей осужденных.
Общее предупреждение как цель уголовно-исполнительного законодательства реализуется опосредованно. Предусмотренные законом меры государственно-правового принуждения, достаточно строгие условия отбывания наказания, ограничение прав и свобод осужденных должны воздействовать на неустойчивых граждан.
Цель института уголовно-исполнительного права формируется на основе цели, которая поставлена перед деятельностью органов государственной власти, исполняющих назначенное судебной властью наказание. Во многих случаях цель определяется также необходимостью обеспечения такого поведения осужденных, которое необходимо для их исправления. Поэтому цель, стоящая перед тем или иным правовым институтом, всегда производна от цели регулируемой им деятельности. Сначала возникает потребность в определенном поведении субъектов общественных отношений, а потом уже потребность в правовом институте, регулирующем это поведение.
Нам представляется, что эта особенность цели уголовно-исполнительного права в действующем законодательстве должного юридического выражения не нашла.
Следует признать, что правовая норма, закрепленная в ч. 1 ст. 1 УИК РФ и формулирующая цели уголовно-исполнительного законодательства, не совсем точно определяет цели законодательства. Цели исправления осужденных и предупреждения новых преступлений, как со стороны осужденных, так и иных лиц, все-таки не могут быть целями уголовно-исполнительного законодательства. Представляется, что отмеченные цели достигаются не законодательством, а регулируемой им деятельностью. Поэтому в качестве целей уголовно-исполнительного законодательства следовало бы указать не цель исправления осужденных и предупреждения новых преступлений, а такое регулирование законодательством деятельности органов, исполняющих наказание, и поведения осужденных, которые способны обеспечить исправление осужденных и предупреждение новых преступлений как осужденными, так и иными лицами. Однако формулировка целей уголовно-исполнительного законодательства, закрепленная в ч. 1 ст. 1 УИК РФ, уже основательно сформировалась в правовой теории и нашла свое отражение в соответствующей юридической литературе.
Исправление осужденных и предупреждение новых преступлений являются основополагающими целями деятельности по применению уголовно-исполнительного законодательства. Выражая социальную направленность этой деятельности, указанные цели после выражения их в требованиях правовых норм обусловливают в конечном итоге содержание всех институтов уголовно-исполнительного права.
Цели уголовно-исполнительного законодательства реализуются через осуществление поставленных задач. В ч. 2 ст. 1 УИК РФ сформулированы задачи, которые охватывают наиболее важные направления реализации институтов и норм уголовно-исполнительного права и включают в себя регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказания, определение средств исправления осужденных, охрану их прав свобод и законных интересов, включая оказание помощи в социальной адаптации.
Задача регулирования порядка и условий исполнения и отбывания наказания выражается в определении предмета правовой регламентации порядка и условий применения наказания, всей совокупности наиболее значимых общественных отношений, возникающих в данной сфере.
Задача определения средств исправления осужденных состоит в закреплении совокупности данных средств в конкретной норме закона, а затем в определении правового механизма их реализации. Так, в ч. 2 ст. 9 УИК РФ закреплены основные средства исправления осужденных, а в Особенной части УИК РФ применительно к порядку и условиям исполнения и отбывания конкретного вида наказания регулируется механизм их реализации.
Однако регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказания, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, включая оказание помощи осужденным в их социальной адаптации, задачами уголовно-исполнительного законодательства, как нам представляется, быть не могут. Регулирование отмеченных видов деятельности органов, исполняющих наказания, не является самоцелью. Указанное регулирование представляет собой не задачи уголовно-исполнительного законодательства, а совокупность видов деятельности государственных органов, которые являются набором методов и средств исполнения наказаний, то есть, по существу, — программой этих органов по исправлению осужденных и предупреждению новых преступлений.
Смысл любого вида уголовного наказания заключается в государственном принуждении с элементами кары за содеянное и защите общества и государства от возможного рецидива преступлений. Относительно целей наказания, их сущности, приоритетности существует множество научных взглядов, которые отмечают самостоятельность целей, превентивную и исправительную направленность и, конечно, социальную роль . Стоит согласиться с авторами, утверждающими, что социально-правовая равнозначность целей наказания позволит обеспечить реализацию интересов всех участников уголовного процесса, то есть потерпевших, подозреваемых, обвиняемых, осужденных, включая общество и государство, представляемое государственным обвинителем.
———————————
См., например: Зубков А.И. Законодательство как гарант реализации цели исправления // Преступление и наказание. 1998. N 4. С. 28; Дуюнов В.К. Уголовно-правовое воздействие: теория и практика. М.: Научная книга, 2003. С. 167 — 168; Курганов С.И. Указ. соч. С. 8; Мицкевич А.Ф. Указ. соч. С. 100; и др.

Возможность достижения целей наказания для лиц, отбывающих пожизненное лишение свободы, является спорным вопросом для отечественной науки и практики. В связи с тем что это новый для нашего государства вид наказания, то для анализа эффективности его применения необходимый правоприменительный опыт отсутствует. Репрессивность данного наказания, выражающаяся в высокой степени лишений и ограничений прав и свобод и их длительности, а также не совсем четкое понимание социальной ценности наказания, ставят под сомнение необходимость достижения отдельных его целей.
Реализация целей наказания при пожизненном лишении свободы зависит и от правового обоснования необходимости практики его применения на каждом этапе общественного развития, социального обоснования. Критериями оценки обоснованности применения и условиями реализации целей пожизненного лишения свободы являются такие факторы, как соразмерность пожизненного лишения свободы тяжести совершенного преступления, восстановление нарушенных преступлением прав, устранение последствий, причиненных преступным деянием.

Литература

1. Комментарий к Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации и Минимальным стандартным правилам обращения с заключенными / Под общ. ред. П.Г. Мищенкова. М.: Экспертное бюро, 1997. С. 712.
2. Уголовно-исполнительное право Российской Федерации: Учебник / Под ред. проф. Ф.С. Бражник. М.: Правовое просвещение, 2000.
3. Уголовно-исполнительное право России / Под ред. проф. А.И. Зубкова. М.: ИНФРА-М; НОРМА, 1997.
4. Уголовно-исполнительное право: вопросы и ответы / Под ред. проф. В.И. Селиверстова. 4-е изд., испр. и доп. М.: Юриспруденция, 2004.

xn—-7sbbaj7auwnffhk.xn--p1ai

Критический анализ целей уголовного наказания (Аккулев А.Ш., Евразийский гуманитарный институт, к.ю.н.)

Аккулев Аблайхан Шынтемирович

Евразийский гуманитарный институт к.ю.н.

Статья посвящена рассмотрению проблемных вопросов целей уголовного наказаний

Цели наказания, восстановление социальной справедливости, исправление, ресоциализация, предупреждение

Следует отметить, что определение сути целей уголовного наказания всегда вызывали массу споров и привлекали к себе пристальное внимание исследователей различных отраслей знаний — философов, правоведов, теологов, социологов, психологов. По подсчетам Н. Д. Сергиевского, целям наказания посвящены 24 философских и более 100 юридических концепций [1; 12].

Полагаем такое острое внимание к проблеме целей наказания оправдано. Так как определение целей уголовного наказания является краеугольным камнем, важнейшей составляющей проблемы уголовного наказания в целом. Поскольку, как верно отмечают авторы одного из учебников, они определяют те конечные фактические результаты, которых стремится достичь государство, устанавливая уголовную ответственность, осуждая виновного в совершении преступления к той или иной мере наказания и применяя эту меру [2; 201].

При этом множество объективных и субъективных факторов, на каждом конкретном историческом этапе развития общества, влияет на решение вопроса о целях уголовного наказания. В этой связи представляется справед-ливым высказывание Н.А. Беляева отмечавшего, что в зависимости от потребностей господствующего класса, определяемых в конечном счете уровнем развития производительных сил и характером производственных отношений, уровня культурного развития общества, содержания господствующих философских идей, в различные времена, в различных государствах, в различных правовых системах перед наказанием выдвигались различные цели» [3; 113].

Как известно, цели наказания законодательно не были закреплены в Царской России вплоть до возникновения Советского государства. Так, Уложение о наказаниях и исправительных 1845 года и Уголовное уложение 1903 года не содержат статей о понятии и целях наказания. Хотя необходимо отметить, что законодательно элементы «предупреждения» в качестве цели наказания были обозначены еще в древнерусском праве, в котором употреблялись выражения «дабы другим неповадно было» или «чтобы другие убоялись» и т. п. К примеру, ст. 6 гл. XXII Соборного уложения 1649 года устанавливала, что за блудную жизнь и убийство незаконнорожденных детей «казнить смертью безо всякой пощады, чтобы на то гляд, иные такова беззаконного и скверного дела не делали и от блуда унялися» [1; 11]. Обычное право казахов также не определяло цели наказаний, и более того, не имело самого понятия «преступления».

Только первый УК РСФСР 1922 года и в последующем УК РСФСР 1926 года и 1960 года (ст. 20 УК Каз. ССР 1960 года), в настоящее время ст. 38 УК Казахстана 1997 года содержат специальные нормы, определяющие цели наказания. Не останавливаясь на анализе законодательства СССР и Каз.ССР хотелось бы акцентировать внимание на целях наказаниях, установленных законодательством Республики Казахстан.

Согласно действующего УК РК, принятого в 1997 году, наказанием признается мера государственного принуждения, которая применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений как осужденными, так и другими лицами.

Анализ термина «восстановление социальной справедливости» показывает, что «восстановить» — это значит «привести, вернуть в прежнее состояние», термин «социальный» означает «общественный, относящийся к жизни, людей и их отношениям в обществе», а термин «справедливость» означает «… отдать должное» [4; 255, 576,741]. Как указано в философском энциклопедическом словаре: «Справедливость — категория морально-правовая, а также социально-политическая, поскольку она оценивает общественную действительность, подлежащую сохранению или изменению с точки зрения долженствования.» [5; 159]. Одни ученые связывают понятие справедливости с отношениями, складывающимися между обществом и личностью, утверждая, что она «выступает как понятие социально-философской теории. фиксирует в обобщенном виде принципы взаимоотношения общества и личности, классов и социальных групп, дает фундаментальную характеристику деятельности, взятой в противоречивом единстве с ее результатами» [6;49]. Другие считают, что справедливость «выступает как поле взаимодействия экономики, права, политики, морали. », что данную категорию «. можно считать обобщающим философским понятием, выражающим объективные экономические, политические, правовые, нравственные условия жизни того или иного класса, общества и тенденции их развития» [7; 45]. Из этого следует, что справедливость выступает необходимым явлением общества.

Таким образом, в обобщенном виде термин «восстановление социальной справедливости» означает «вернуть, привести в прежнее состояние нарушенные общественные отношения».

Следует отметить, что несмотря на то, что законодатель не дает определения термина «восстановление социальной справедливости» разные ученые в целом одинаково понимают суть данной цели. Так, в Комментарии к Уголовному кодексу РК под редакцией И.И.Рогова и С.М. Рахметова указывается, что наличие такой цели вытекает из одного из важнейших признаков уголовного законодательства: принципа справедливости. «Восстановление социальной справедливости» означает соразмерность между характером и степенью общественной опасности преступлений и суровостью наказания, а также возможно полное и адекватное восстановление нарушенных интересов личности, общества и государства [8; 97]. В Комментарии к УК РК под редакций И.Ш. Борчашвили [9;109] указано, что государство применяя наказание к осужденному восстанавливает социальную справедливость по отношению к обществу в целом и потерпевшему в частности…… Как отмечают составители Курса уголовного права под редакций Н.Ф. Кузнецовой и И.М. Тяжковой цель наказания в виде восстановления социальной справедливости предполагает: а) оптимально возможное возмещение, заглаживание посредством наказания причиненного преступлением вреда личности, обществу, государству; б) соразмерность строгости наказания опасности преступления, личности виновного, смягчающим и отягчающим обстоятельствам; в) запрет двойного наказания; г) недопущение в качестве цели наказания причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства [1; 11].

То есть, в целом, данная цель направлена на восстановление попранных общественных отношений и интересов личности, общества и государства. Другое дело, что рассматриваемая цель вызывает вопросы, которые на наш взгляд, ставят под сомнение целесообразность включения ее в перечень целей уголовного наказания, поскольку на них сложно дать ясные ответы.

Так, термин «восстановление социальной справедливости» предполагает оконченное действие, некий завершенный процесс восстановления попранной справедливости. При этом не понятно, в какой момент этот процесс завершается. В момент вынесения приговора судом, когда дается оценка деянию от имени государства либо в момент отбытия назначенного судом наказания и возмещения причинного ущерба?

Также остается непонятным, восстанавливается ли социальная справедливость в тех случаях, когда лицо не отбывает весь срок, размер назначенного судом наказания (например, досрочно освобождается из мест лишения свободы) и при этом не возмещает нанесенного ущерба (по объективным причинам — нет оплачиваемой работы), или отбыло весь срок, размер наказания, но не возместило ущерба (зачастую намерено, более того даже не предпринимало попытки возмещения ущерба).

Кроме того, если суд, исходя из особой тяжести совершенного деяния, приговаривает осужденного к исключительной мере наказания — «смертной казни» пытаясь тем самым восстановить попранную социальную справедливость, можно ли говорить о ее восстановлении, в данном случае, если в стране действует мораторий на исполнение смертной казни.

Или, можно ли вести речь о «восстановлении социальной справедливости», если причиной совершения преступления явилось как раз грубое нарушение потерпевшим справедливых, нормальных общественных отношений (например, при превышении пределов необходимой обороны, крайней необходимости). Между тем предполагается, что преступлением обязательно должны быть нарушены нормальные, справедливые общественные отношения, которые суд восстанавливает. В связи с чем возникает вопрос, какие отношения должен восстанавливать суд в таких ситуациях.

Следует исходить из того, что «восстановление социальной справедливости» должно быть ориентировано, в соответствующих случаях, прежде всего, на восстановление нарушенных прав потерпевшего, а уже потом общества, государства. И чем же должен руководствоваться суд при принятии решения о назначении вида, размера и срока наказания, если они не удовлетворяют, а зачастую вообще вызывают возражение у потерпевшей стороны.

Более того, не вступает ли в противоречие данная цель с целью «исправления осужденного» в тех случаях, когда осужденный, признанный исправившимся, досрочно освобождается от назначенного судом наказания? Поскольку согласно ст.2 УИК РК «восстановление социальной справедливости» обозначена в качестве одной из целей исполнительного законодательства, то есть отечественный законодатель связывает «восстановление социальной справедливости» с отбытием назначенного судом наказания (полного его срока и размера) и, в то же время, допускает их снижение в зависимости от степени «исправления осужденного». И как быть в тех случаях, когда такое исправление не приветствуется потерпевшим либо, наоборот потерпевший не против, но осужденный не в полном объеме возместил нанесенный материальный ущерб потерпевшему. А если вопрос такого освобождения осужденного не привязывать к мнению потерпевшего, не девальвирует ли это суть данной цели наказания? При этом как быть, если потерпевший умер либо неизвестно место его пребывания?

Между тем, например, по законодательству Российской Федерации УИК РФ не предусматривает в качестве целей исполнительного законодательства «восстановление социальной справедливости» полагая, что данная цель не может быть обозначена в УИК решив, что она достигается уже в момент вынесения судом приговора. А дальше, уже в ходе исполнения приговора, дает возможность, в зависимости от степени исправления осужденного, решать вопрос о досрочном освобождении его от отбывания назначенного наказания.

Таким образом, рассматриваемая цель уголовного наказания вызывает вопросы, на которые сложно дать однозначные ответы, а сама возможность наказания «восстанавливать социальную справедливость» вызывает серьезные сомнения и при этом остаются совершенно непонятными критерии достижения этой цели. А, как известно, указание не согласующихся с жизненными реалиями основополагающих дефиницией, их надуманность, «оторванность от земли» только лишь наносит морально-нравственный ущерб обществу, в данном случае, подтачивая правосознание граждан и дискредитируя деятельность органов правосудия и управления государством. Тем более, что речь идет о таком важном оценочном понятии как «восстановление справедливости», да еще и со стороны государства, которое воспринимается всеми по разному и вызывает острую негативную реакцию, в случае не согласия с пониманием, содержанием этой «справедливости».

Все вышеизложенное, на наш взгляд, заставляют усомниться в правильности законодательного закрепления ее в качестве одной из целей уголовного наказания и уголовно-исполнительного законодательства.

В этом плане заслуживающим внимания представляется опыт Белоруссии, который в ст. 44 Раздела III УК целями наказания признает «исправление лица, совершившего преступление, и предупреждение совершения преступления как осужденным, так и другими лицами», а в ч. 2 этой же статьи устанавливает, что «уголовная ответственность призвана способствовать восстановлению социальной справедливости». То есть Белорусский УК вывел термин «социальная справедливость» из целей наказания и, кроме того, не закрепляет его в такой категоричной форме как: «восстановление социальной справедливости», а верно обозначает более мягкий, достижимый императив, указывая о «способствовании восстановлению социальной справедливости».

Относительно цели уголовного наказания «исправление осужденного» следует отметить, что само понятие «исправление» в целях наказания законодательно было закреплено относительно недавно и его место в числе иных целей уголовного наказания, содержание также вызывают неоднозначное понимание среди юридической общественности.

Так, впервые термин «исправление», как было ранее отмечено, был обозначен в УК РСФСР 1922 года, который в качестве одной из целей социальной защиты указывал: «б) приспособления нарушителя к условиям общежития путем исправительно-трудового воздействия». УК Каз. ССР 1960 года указывал в качестве одной из целей наказания «исправление и перевоспитание осужденных в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития», а УК РК 1997 года определяет в качестве цели наказания «исправление осужденного».

Как видно, отечественный законодатель в различные исторические этапы развития общества, по разному определял значение, содержание цели «исправления», и на сегодня пришел к пониманию того, что цель исправления следует понимать в более широком смысле, без ее привязки к конкретным последствиям. Поскольку в своем предыдущем законодательном закреплении эта цель вызывала серьезные вопросы, например, по справедливому мнению авторов: во-первых, критики заслуживала политизированность и морализаторство таких целей наказания как «честное отношение к труду», «точное исполнение законов» и т.п., во-вторых, были нереально завышены требования к целям наказания, при буквальном следовании которым ни один из осужденных не достиг бы поставленных УК целей и потому должен был бы пожизненно отбывать наказание; в-третьих, различение терминов «исправлять» и «перевоспитывать» искусственно порождало споры об их содержании [ 1;16].

Между тем и современная редакция цели «исправления», на наш взгляд, не делает эту цель более достижимой, а сам термин «исправление» как в формальном аспекте по действующему законодательству, так и по своему юридическому содержанию все еще не снимает дискуссий.

Необходимо отметить, что идея «исправления» лиц, виновных в совершении преступлений в мировой практике не является такой уж «молодой», и имеет свою историю и достаточно разработанную теорию. Как, еще в 19 веке, И.Я. Фойницкий описывая так называемую «теорию исправления» писал, что в ней видят меру воспитания, применяемую с тем, чтобы сделать из преступника хорошего человека, доброго члена общежития….. [10; 63].

Вместе с тем, как уже отмечали, различные ученые по разному понимают содержание, значение цели «исправления». При этом следует подчеркнуть, что ученые, философы, юристы об исправительном действии наказания высказывались задолго до официального законодательного закрепления государством этой цели наказания. Так, Аристотель утверждал, что наказание имеет. исправительное значение потому, что высшая цель государства — добродетель и высшая его задача — направлять на этот путь сбившихся, представляя наказание средством для исправления, направляющей на путь сбившихся с этого пути добродетели [11; 102]. И.Я. Фойницкий считал, что «наказание приносит обществу пользу всего надежнее путем доставления пользы самому наказываемому, воспитывая его в духе осознания своих социальных обязанностей и доставления ему возможности честной жизни по отбытии наказания» [10; 61].

Более современные авторы, рассуждая о цели исправления, указывают следующее. Например, по мнению Н.А. Стручкова «цель исправления. знаменует достижение такого социально-нравственного состояния личности бывшего преступника, при котором являются по меньшей мере устраненными ее негативные свойства, обусловившие прежде совершение общественно опасного поступка или преступное поведение» [12;26]. Другие ученые считают, что исправить преступника — это изменить к лучшему лишь отдельные его взгляды и привычки, а сознание в целом не нуждается в переделке [13; 92]. Н.А. Беляев отмечает, что «исправление — это оптимальная задача, которая должна быть решена при исполнении наказания. Об исправлении преступника можно говорить тогда, когда под влиянием наказания в его сознании происходят изменения, при наличии которых преступник хотя и не превращается в активного, сознательного члена нашего общества, но уже становится безопасным для общества» [3;46]. И.И.Карпец был убежден в том, что «воспитание — широкое понятие, охватывающее абсолютно все, что связано с нравственным формированием человека как личности, но отнюдь это не означает, что наказание не является одним из средств воспитания.» [14; 150]. Н. И. Титов рассматривал исправление и как процесс воспитательного воздействия на осужденных, и как определенный положительный результат этого воздействия [15; 16-17].

При этом некоторые авторы на первое место в целях наказания ставили именно цель «исправления». Так, А.А. Герцензон указывал, что главной целью наказания является исправление осужденных, а показателями достижения этой цели необходимо считать честное отношение к труду, точное исполнение законов, уважение правил человеческого общежития и не совершение новых преступлений со стороны осужденного. То есть, по мысли А.А. Герцензона, частное предупреждение является одним из результатов достигаемых целью исправления и, следовательно, не обладает самостоятельностью по отношению к цели исправления осужденных. [16; 45]. Другие авторы наоборот отрицали не только первостепенность, но и самостоятельность цели исправления. Например, Б.С. Никифоров [17; 57] полагал, что цель исправления является составной частью цели частного предупреждения, поскольку последняя включает в себя более широкий спектр задач уголовного наказания и направлена в конечном итоге на отказ виновным совершения новых преступлений, что включает в себя и исправление этого лица.

Отдельные ученые предлагают отказаться от цели исправления по иным причинам. Так, например, по мнению А.В. Усса, демократически организован-ное государство не имеет права принудительно «улучшать» своих граждан. Единственное, что ему позволено в отношении гражданина (в том числе и правонарушителя), требовать соблюдения установленных им законов [18; 28-31].

Между тем, если посмотреть статью 38 УК РК, то в ней цели наказания изложены в определенной самостоятельной последовательности. И цель исправления обозначена отдельно от других и указана перед целью предупреждения, что дает основания делать вывод о том, что нельзя смешивать цели исправления и предупреждения и более того позволяет думать, что цель исправления имеет некий приоритет перед целью предупреждения.

Также надо учитывать, что цели наказания, в том числе исправления и предупреждения достигаются не одновременно. На что справедливо указывал Н.А. Беляев, который писал, что разновременность достижения цели исправления осужденного и предупреждения совершения им преступлений наглядно показывает независимость этих целей [19; 57]. Следует понимать, что цели наказания не только достигаются в разное время, но могут быть вообще не достигнуты, это касается в большей степени как раз целей исправления и предупреждения. Так, например, даже назначение судом длящихся наказаний (лишения свободы, ограничения свободы и пр.), где предусмотрено проведение специальных исправительных мероприятий может не дать положительных результатов. Осужденное лицо может по разным причинам не осознать совершенного им нарушения закона, внутренне не измениться, не исправиться не говоря уже о том, что может совершить новое преступление как во время отбывания наказания, так и после его отбытия. Подобные случаи наглядно указывают о чрезвычайной сложности достижения цели «исправления».

Говоря о сложности достижения цели «исправления», считаем уместным обратить внимание на высказывание профессора М.И. Еникеева, который, являясь признанным специалистом в области пенитенциарной психологии, отмечал, что исправить преступника — это значит видоизменить те его психические качества, которые детерминировали его преступное поведение…. и в основе исправления провинившейся личности лежит искупление — самоснятие вины преступником посредством ее признания, чистосердечного самоосуждения, раскаяния, понесения принятого им наказания, совершением реабилитирующих его социально положительных деяний, вызывающих прощение виновного [20; 559]. И этот процесс еще больше усложняется в условиях мест лишения свободы, по поводу чего известный ученый Г.Ф. Хохрякова, не без оснований, указывал: «Здравый смысл подсказывает, что задача по исправлению и перевоспитанию в условиях изоляции от общества недостижима…. Действительно, ставя цель по приспособлению человека к жизни в обществе, его отделяют от этого общества; желая научить его полезному активному поведению, содержат в обстановке, где каждый шаг расписан, что вырабатывает пассивность; думая заменить в сознании человека вредные привычки полезными, его содержат среди себе подобных, что способствует взаимному заражению, и т.п.» [ 21; 187].

Таким образом, исправление осужденного в искомом аспекте представляет собой необычайно сложный процесс, который может достигнуть определенного успеха только в случае образования и поддержания у осужденного (материальными и моральными методами) соответствующими государственными органами и учреждениями, устойчивой позитивной мотивации, способствующей его исправлению. То есть, прежде всего, речь идет о позитивном педагогическом воздействии.

По мнению Р.Г. Галикеева эффективное педагогическое общение выражается в способности сопереживания, а иногда и сострадания субъекту общения, при этом педагогическое общение не должно быть навязчивым и, тем более, принудительным, оно должно быть взаимной потребностью [22; 6]. Что предполагает наличие высокой интеллектуальной и профессиональной составляющей у сотрудников органов и учреждений, исполняющих уголовные наказания.

Между тем это возможно только при наличии продуманной, эффективной кадровой политики в пенитенциарной системе, что в свою очередь требует значительных финансовых вложений и, прежде всего, в обеспечение достаточно высокого уровня социальной защищенности сотрудников и их обучение.

Подводя итог анализу мнений различных ученых, следует отметить, что по данной цели уголовного наказания также имеются различные, порой взаимоисключающие точки зрения, а также вопросы, которые ставят под сомнение достижимость этой цели и, как следствие, целесообразность ее включения в число целей наказания.

Так, например, во-первых, жизненные ситуации настолько разнообразны, что нельзя гарантировать невозможность совершения нового преступления даже лицом, полностью исправившимся и искренне раскаявшимся в совершенном преступлении. Во-вторых, термин «исправление осужденного» предполагает оконченное действие, то есть виновное лицо должно исправиться полностью, до конца. И каковы должны быть критерии этого исправления? Как быть с теми лицами, которые не исправились (имеют взыскания), но у них заканчивается срок исполнения наказания либо наоборот осужденный своим примерным поведением и активным участием в общественной жизни доказывает свое «исправление», а в соответствии со сроком и размером, назначенного наказания в отношении него еще не может быть пересмотрен приговор. Или, как это цель может реализоваться в отношении лиц, приговоренных к пожизненному лишению свободы либо смертной казни. В-третьих, «исправление» предполагает внутреннее, моральное «перерождение» осужденного, некий завершенный психологический процесс изменения его сознания, именно, в результате которого он приходит к осознанию своей виновности, негативности совершенного им проступка и невозможности совершения такого впредь. Между тем это крайне сложный, внутренний, психологически индивидуальный процесс, наличие и истинность которого зачастую невозможно определить. В связи с чем, в научной общественности, уже достаточно давно, данная цель рассматривается в двойном аспекте — моральном и в юридическом. Например, в свое время, И.Я. Фойницкий раскрывая содержание «теории исправления» писал о том, что данная теория понималась или 1) в смысле религиозно-нравственного перерождения наказываемого, или 2) в смысле юридического, социального его перевоспитания. В первом случае стремились ко внутреннему перерождению человека путем религиозно-нравственным, прибегая для этого к Священному Писанию, религиозным беседам, церковным службам и урокам морали; признаками же исправления почитались обращение человека к Богу и укоренение в нем разных добродетелей. Во втором случае, цель наказания сводится к превращению негодного члена общежития в годного, полезного для общества, к укоренению в нем как эгоистических и альтруистических мотивов, необходимых для правильной гражданской жизни, так и привычки честного труда [10; 63]. Современные авторы, также высказываются по данному вопросу. Например, И.С. Ной считает уместным такое разделение, высказывая мнение, что цель исправления осужденного будет полностью достигнута в том случае, когда он не только откажется от совершения новых преступлений, будет соблюдать законы и правила человеческого общежития, но и когда в результате глубокой воспитательной работы произойдет коренная переделка его сознания. И такое воспитание он называл фактическим или моральным исправлением. Второй аспект он называл формальным или юридическим исправлением, это когда осужденный не совершает новое преступление только лишь из-за боязни вновь подвергнуться уголовному наказанию или иных причин, но не из-за изменения своего сознания, внутреннего перерождения [23; 25-26]. Такое мнение о двойственном значении исправления находит поддержку и у иных авторов [24;.36-38].

Другие авторы считают, что в таком разделении цели исправления нет необходимости, поскольку законодатель не ставит задачу морального совершенствования личности виновного и, как следствие, понятие «моральное исправление» не относится к юридической науке [25; 91]. Думаем с этим можно согласиться только лишь от части, поскольку законодатель определяет содержание цели «исправление» осужденного, исходя из внутренней сути рассматриваемого термина, так как критериями такого исправления определяет (ст. 7 УИК РК) формирование у осужденного правопослушного поведения и позитивного отношения к личности, обществу……. То есть, если при «формировании правопослушного поведения» можно говорить об отсутствии «морального исправления», скажем осужденный ведет себя правопослушно под страхом наказания, то «формирование позитивного отношения» предполагает все же «моральное исправление», которое как указывают многие авторы, действительно является трудно достижимым;

В-четвертых, на наш взгляд, законодатель, определяя средства «исправления» вышел за рамки значения данного термина. Так, согласно ст. 7 УИК РК основными средствами исправления осужденных являются: установленный порядок исполнения и отбывания наказания (режим); воспитательная работа; общественно полезный труд; получение начального, основного среднего, общего среднего образования; профессиональная подготовка; общественное воздействие.

Между тем, не все основные средства исправления присутствуют при исполнении всех видов наказаний. Например, целый ряд уголовных наказаний не предусматривают проведения в ходе их исполнения каких-либо воспитательных мероприятий (штраф, лишение права занимать определенную должность или заниматься определенной деятельностью, общественные работы, и др.). Аналогичная ситуация и с такими основными средствами исправления как: общественно-полезный труд, получение среднего образования, профессиональной подготовки и общественное воздействие. Осуществление всех этих основных средств исправления в комплексе, законодателем предусмотрено только лишь при исполнении одного вида наказания, а именно, лишения свободы. И то, они охватывают далеко не всех осужденных к лишению свободы.

Таким образом, рассматривая цель «исправление осужденного» следует отметить, что данная цель, не смотря на ее несомненную важность, сформулирована, на наш взгляд, не вполне емко. Поскольку в изложенном, как мы полагаем, «узком» смысловом значении, оставляет «за бортом» интеграцию осужденного в нормальные социальные связи, а также средства ее достижения предусмотрены далеко не ко всем видам наказаний и не охватывают всех осужденных.

В связи с чем мы полагали бы целесообразным заменить термин «исправление» на термин «ресоциализация», исходя из смыслового значения этого слова. Ресоциализация (лат. re (повторное, возобновляемое действие) и лат. socialis (общественный), англ. resocializatio) это повторная социализация. По Гидденсу, ресоциализация — вид личностного изменения, при котором индивид принимает тип поведения, отличный от принятого им прежде [26; 692]. По Н. Смелзеру ресоциализация представляет из себя усвоение новых ценностей, ролей, навыков вместо прежних, недостаточно усвоенных или устаревших [27; 94-129]. В криминологии «ресоциализация» — это процесс повторного вживания бывшего преступника в систему представлений о ценностях, существующих в обществе [28].

В.В. Громов и А.С. Крылов понимают под ресоциализацией «комплекс мероприятий, направленных на восстановление, приобретение социальных связей, утраченных как вследствие прошлой преступной деятельности, так и в период вынужденной изоляции от общества» [29; 352.]. В.Б. Писарев представляет ресоциализацию как сложный многогранный процесс, состоящий из ряда органически взаимосвязанных этапов, на которых различные субъекты должны осуществлять комплексное воздействие на совершивших уголовное преступление в целях обеспечения максимально возможной социальной адаптации этих лиц после освобождения к условиям жизни на свободе, а также социального контроля за их поведением [30; 57]. Ю. В. Жулева обозначает ресоциализацию как комплекс (систему) правовых, организационных, педагогических, психологических, воспитательных и иных мер воздействия, который осуществляется на различных этапах реализации уголовной ответственности с целью изменения асоциальных установок, системы ценностных ориентаций, противодействия асоциальной деградации личности, коррекции противоправного поведения, предупреждения преступлений, создания нормальных условий для дальнейшей социализации [31; 10-11.].

Давая определение понятия «ресоциализация» следует исходить из значения слова «социализация» и приставки «-ре». Так, слово социализация образовалось от лат. socialis — общественный. Социологи используют это слово для описания процесса, в ходе которого люди обучаются соблюдению социальных норм, процесса, делающего возможным существование общества и передачу его культуры от поколения к поколению [32]. В философии социализация — это процесс усвоения и дальнейшего развития индивидом социально-культурного опыта — трудовых навыков, знаний, норм, ценностей, традиций, накапливаемых и передаваемых от поколения к поколению, процесс включения индивида в систему общественных отношений и формирования у него социальных качеств [33]. Приставка «ре-»в переводе с латинского обозначает: 1) возобновление или повторность действия; 2) противоположное действие или противодействие [34; 418.].

Исходя из этого, ресоциализацию осужденного, на наш взгляд, можно рассматривать как его повторную социализацию, осуществляемую с использованием комплекса мер (правовых, организационных, воспитательных, трудовых, образовательных и иных) воздействия на осужденного, направленных как на разрушение негативных и усвоения им позитивных социальных ценностей и образцов поведения, так и на его успешное включение в положительные социальные связи.

Об актуальности ресоциализации осужденных указывалось еще в дореволюционной период развития юридической мысли. Так, Н. С. Таганцев указывал, что «государство не может забыть, что, и совершая преступление, человек остается, тем не менее, личностью; …. Поэтому наказание должно быть направлено, насколько это достижимо, к возрождению в преступнике человека и полезного члена общества, направлено к развитию и укреплению в нем начал религии и нравственности, к искоренению в нем дурных привычек, к приучению его к труду и порядку» [ 35; 122. ].

Одни авторы, на наш взгляд, верно, высказывали мнение о целесообразности включения «ресоциализации» в качестве целей уголовного наказания. Например, профессор У. С. Джекебаев, указывающий на ресоциализацию преступника как одну из основных целей уголовного наказания, считает, что «процесс ресоциализации преступников и разработка мер предупреждения преступности путем применения уголовного наказания должны строиться с учетом как общих, так и конкретных причин преступлений» [36; 48.]. А. В. Кисляков [37; 100 — 105.], В.А. Воронов [38] также указывают о необходимости определения ресоциализации в качестве цели уголовного наказания. М. С. Рыбак, также полагая целесообразным исключить цель «исправления», предлагает слова «исправления осужденных» заменить словами «ресоциализации осужденных» [29; 31.]. Р. Г. Галикеев и Ю. В. Чакубаш поддерживая мнение о необходимости замены цели «исправления» на «ресоциализацию» утверждают: «Сегодня речь идет об отказе от исправления как цели уголовного наказания или, вернее, подмене ее так называемым «юридическим исправлением», под которым понимается не совершение человеком повторного преступления под страхом перед наказанием. Несомненно, что в демократическом государстве должна и будет преобладать ориентация на реализацию цели социальной реабилитации преступников» [39]. Такая цель закреплена в законодательстве ряда зарубежных государств — Франции, ФРГ, Швеции [40; 37].

М.Д. Шаргородский отождествляя понятие «исправления» и «ресоциализаци» писал, что при отбытии наказания и в первую очередь наказания лишением свободы, на первое место выступают задачи ресоциализации, исправления (в широком смысле этого слова) осужденных, …. Поскольку не существует прирожденных преступников, то основной и достижимой задачей является ресоциализация т.е. исправление их… [41; 56.]. Другие исследователи указывали, что понятие «ресоциализация» более широкое и включает в себя понятие «исправление». Так, например, В. Е. Южанин отмечает, что цель «ресоциализация, по общему признанию, включает в себя и исправление, но уже в значении «социализация», «подготовка к освобождению», «включение в социально полезную деятельность», «социальная адаптация в обществе». [42; 16]. Некоторые авторы, возражая против замены цели «исправления» на «ресоциализацию» пишут, что эти цели являются различными по содержанию, при этом исправление осужденного выступает в качестве одного из средств достижения цели ресоциализации осужденного. Замечая также, что цель ресоциализации может быть достигнута (пусть и частично) и в случае, если осужденный не исправился [42; 16].

Таким образом, предложение о замене цели «исправления» на цель «ресоциализация» имеет свою историю, своих сторонников и противников.

Мы же, поддерживая мнение авторов, считающих целесообразным заменить цель «исправление» на цель «ресоциализация», исходим из следующих соображений. Во-первых, смысловое содержание понятия «ресоциализации» шире понятия «исправления», что подчеркивают большинство исследователей. Так как, «ресоциализация» это двойственное и сложное явление, которое подразумевает не только оказание позитивного исправительного воздействия на сознание осужденного, но и нормализацию его отношения с обществом (позитивную интеграцию в свободное общество). Как верно отмечает профессор Н.А. Стручков в содержание «ресоциализаци» входит не только пенитенциарный, но и постпенитенциарный период работы с личностью осужденного [43]. То есть «ресоцилизация», на наш взгляд, не ограничивается только лишь изменением сознания осужденного, но что не менее важно помогает включиться в положительные социальные связи. Поскольку, как мы полагаем, даже искреннее «исправление» осужденного, когда он отказывается от совершения новых преступлений в силу кардинальной положительной нравственной переориентации личности, еще не гарантирует возвращения в общество личность, могущую адаптироваться к реалиям свободного общества. Между тем государство, наказывая лицо за совершение преступления, должно нацелить уголовное наказание и систему исполнения наказаний на возвращение в общество не просто законопослушного, но и активно-полезного его члена. В противном случае, осужденный по отбытии наказания и не желающий нарушать закон, но не смогший положительно адаптироваться, иными словами не умеющий обеспечить как минимум самого себя, в конце концов, станет перед необходимостью вновь переступить закон.

Во-вторых, как мы полагаем, «ресоциализация» включает в себя как искреннее «исправление» осужденного, так и, так называемое, юридическое «исправление», когда не приходится говорить о моральном «исправлении» осужденного, а достаточно того, что осужденный просто отказывается от совершения новых преступлений, независимо от истинных причин и готов, и старается «мирно» сосуществовать в обществе. На наш взгляд, этот момент очень важен поскольку, несмотря на всю важность процессов, происходящих внутри сознания осужденного, в конечном счете, барометром, определяющим степень «исправления» и положительной интеграции в социальные связи осужденного, выступают его поступки. В связи с чем, следует согласиться с мнением Д.С. Чукмаитова указывающего, что важнее результат отбывания наказания: «Общество ожидает, что после отбытия наказания лицо более не будет свершать новых преступлений» [44; 57].

В-третьих, в качестве дополнительного аргумента можно отметить, что понятие «ресоциализация» являясь более емким по своему смысловому значению, чем понятие «исправление», на наш взгляд, охватывает все основные средств «исправления», указанные в статье 7 УИК РК, а также задачи исполнительного законодательства, обозначенные в статье 2 УИК РК, среди которых указана и задача: «оказание помощи в социальной адаптации».

Именно возвращение в общество человека, отказывающегося, не зависимо от истинных причин, от совершения новых преступлений и плюс к этому его общественно-полезное включение в общество, вот это, как мы полагаем, и должно определяться в качестве цели наказания и исполнительного законодательства. Это согласуется и с требованиями международного сообщества, которое также указывает, что по отбытии наказания правонарушитель должен быть готовым и способным подчиниться законодательству и обеспечивать свое существование (статья 58 МСП) [45].

На основании изложенного, мы считали бы верным заменить цель «исправление» на цель «ресоциалиазция».

Относительно цели «предупреждение» (термина «предупредить» означает «заранее принятыми мерами отвратить» [46; 570], следует отметить, что оно самое давнее осознание и законодательное закрепление и не только в России. Например, в своей работе «Пределы наказания» известный скандинавский ученый-криминолог Н. Кристи пишет о Норвежском королевском указе от 16 октября 1697 года «О наказании отвратительных убийц», которым устанавливалось, что смертная казнь осужденного должна носить не просто публичный характер, но сопровождался мучительными истязаниями поражающими своей жестокостью. Безмерная жестокость и публичность исполнения наказаний, по мнению средневекового законодателя, имели общепредупредительное значение по принципу, чем больший ужас у наблюдающих вызывает публичное истязание виновного, тем меньше желание совершать аналогичные преступления» [46; 570].

Проблемы предупреждения преступления стали волновать наиболее прогрессивные умы достаточно давно, сложились целые теории, которые довольно подробно рассматривает в своей работе «Учение о наказании в связи с тюрьмоведением» И.Я. Фойницкий [10; 57.]. Известный представитель науки дореволюционной России СВ. Познышев был убежден, что наказание имеет одну цель — предупреждение преступлений [47; 262-263]. Н.С. Таганцев утверждал, что угроза наказания имеет значение наставительно-предупредительной меры по отношению к лицам, склонным к совершению преступлений, а для иных членов общества угроза «укрепляет сознание неприкосновенности правопорядка» [48; 917].

В настоящее время содержание, значение, место рассматриваемой цели в системе целей уголовных наказаний также вызывает много дискуссий. Существуют разные теории, определяющие значение и место цели «предупреждения». Например, по мнению отдельных ученых целями наказания могут быть признаны только общее и специальное предупреждение преступлении [49; 201,209-212]. С. В. Полубинская считает, что предупреждение преступлений наиболее важная по отношению к другим целям наказания [50; 227]. Некоторые авторы полагают, что следует отказаться от цели общего предупреждения [51; 220].

Имеются и более «радикальные» мнения. Например, американский ученый Холл, придерживаясь мнения, согласно которому выдвижение общего и частного предупреждения в качестве самостоятельной цели наказания является ничем иным как бесполезным лозунгом, ратует о широком внедрении в правоприменительную практику так называемого восстановительного правосудия (restorative justice) [52; 17].

Рассматривая проблему «предупреждения» в целях уголовного наказания нельзя не остановиться на ее составляющих, то есть частном (индивидуальном) и общем предупреждении или как еще их называют специальная и общая превенция и их соотношении. Так, некоторые авторы полагают, что одни виды наказаний направлены на достижение целей общего предупреждения, а другие — на достижение целей специального предупреждения (например, условное осуждение, по их мнению, исключает общепревентивное влияние наказания) [53; 79]. А.А. Пионтковский считает, что по мере укрепления государства и авторитета его власти, стабилизации общественных процессов задачи общего предупреждения отходят на второй план, и при назначении наказания ведущая роль переходит к цели специальной превенции [54; 342]. Г. А. Аванесова отмечает, что: «в своей сущности индивидуальная профилактика есть совокупность мер убеждения (воспитания) и принуждения (наказания), применяемых именно к носителям антиобщественных установок и ориентаций» [55; 173].

Действующее законодательство Казахстана определяет рамки специального предупреждения более конкретизировано, а именно указывает, что оно направлено не на всякое лицо, а на осужденного, то есть на лицо совершившее преступление и наказанное за него (ч.2 ст. 38 УК РК).

Иными словами специальное (индивидуальное) предупреждение должно представлять собой такое воздействие на осужденного, в результате которого он отказывается в будущем как во время отбытия наказания, так и после него, вне зависимости от причин, от совершения новых преступлений, то есть цель специального предупреждения по своей сути по (фактическому конечному результату) тождественно с целью исправления.

В связи с чем представляет интерес вопрос, какими путями достигается частная и общая превенция. В юридической литературе встречается различные суждения о путях достижения целей частного (индивидуального) предупреждения. Так, ряд авторов придерживаются мнения о том, что эффективность частного предупреждения обусловлена тремя факторами: во-первых, лишением осужденного физической возможности совершать новые преступления (при назначении лишения свободы у осужденного объективно отсутствует возможность совершать некоторые виды преступлений, допустим квартирные кражи; при лишении права заниматься определенной деятельностью у осужденного нет возможности совершать преступления, связанные с такой деятельностью); во-вторых, путем проведения в процессе исполнения наказания различных воспитательных мероприятий, предусмотренных уголовно-исполнительным законодательством; в-третьих, устрашением преступника [56; 118]. Другие авторы полагают, что ведущая роль в специальном предупреждении принадлежит устрашению и воспитательным мероприятиям, а значение лишения осужденного физической возможности совершать новые преступления мизерно [57; 13].

На наш взгляд, нельзя однозначно говорить, что осуждение (наказание) виновного не позволит ему совершить новое преступление. Конечно, степень возможности совершения нового преступления осужденным в значительной степени зависит и от вида наказания. Скажем при назначении наказания не связанного с лишением свободы физическая возможность осужденным совершить новое преступление гораздо выше чем при назначении ему наказания в виде лишения свободы. Хотя, как известно, в местах лишения свободы осужденные также порой совершают преступления (например, в 2011 году в местах лишения свободы совершено — 244 преступления, в 2012 году — 200) [58].

В связи с чем полагаем, что к числу ведущих условий, при котором достигается цель частной превенции, исходя из физической невозможности совершения осужденным нового преступления, можно отнести только лишь наказание в виде лишения свободы и то достаточно условно. При этом следует учитывать, что лишение свободы рано или поздно закончится и физически не будет удерживать бывшего осужденного от совершения нового преступления. И в этом случае возникает справедливый вопрос, насколько существенен данный аспект частной превенции, чтобы его вообще рассматривать в качестве самостоятельного пути достижения цели индивидуальной профилактики.

Относительно достижения цели частной превенции путем оказания на осужденного исправительно-воспитательных мероприятий, то этот аспект также вызывает вопросы. Например: исполнение не всех видов уголовных наказаний, как было уже отмечено, предусматривает проведение исправительно-воспитательного воздействия на осужденного; сами меры исправительно-воспитательного воздействия представляют собой принудительные меры, так как входят в обязанности осужденных, и скорее воспринимаются осужденными не как воспитательные, а принудительные меры, то есть противоречат внутренней мотивации осужденного и как следствие не дадут должного результата; исправительно-воспитательные мероприятия более менее системно осуществляются только в отношении осужденных к наказанию в виде лишения свободы. И то, при отбытии наказания в виде лишения свободы, осужденные воспринимают эти мероприятия как режимные, или в лучшем случае как занятия позволяющие занять время, получить новые знания, навыки, профессию, но не как — исправительно-воспитательные (исходя из смысла этих слов). Да и сам процесс воспитания, а в рассматриваемом случае речь идет о неком перевоспитании, как известно, достаточно сложный, и скорее, в рамках исполнения лишения свободы, вообще не осуществимый.

Таким образом, если в соответствии с законодательством исправительно-воспитательное воздействие оказывается не при всех видах уголовных наказаний и эффективность самого такого воздействия вызывает серьезные сомнения можно ли такое воздействие отнести к числу основных, способствующим достижению целей специальной превенции. Что касается устрашения преступника как одного из основных мер, способствующих достижению целей специальной превенции, считаем, с этим можно согласиться, хотя это также индивидуально. Но, безусловно, основная масса осужденных испытывает страх перед новым наказанием. Так, согласно проведенного выборочного анкетирования осужденных, содержащихся в одной из закрытых учреждений УКУИС по Карагандинской области показало, что порядка 90% респондентов испытывают страх перед новым наказанием.

Относительно же устрашения за уже совершенное преступление, то в этом случае полагаем речь, следует вести о «воздаянии» за совершенное, а не об устрашении.

Исходя из изложенного считаем, что применительно к содержанию, сути цели специальной превенции (то что имеет место при назначении всех наказаний и воспринимается каждым осужденным) следует все же признать, что наиболее действенным путем, которым оно достигается является устрашение перед новым наказанием, которое действительно имеет место в сознании каждого осужденного.

Что касается общей превенции, то в данном случае назначение наказания лицу, совершившему преступление, бесспорно, оказывает предупредительное действие на большую часть иных лиц, также как и само осознание всеми членами общества того, что преступление наказуемо. И на наш взгляд, в основе этого предупредительного действия также лежит «устрашение» перед возможным наказанием. Хотя конечно есть лица, которые не совершают преступление не из-за боязни быть наказанными, а в силу внутреннего неприятия преступления как такового, но таких полагаем не так уж много.

В целом, рассматривая цель «предупреждения» необходимо отметить, что, несмотря на различные суждения ученых и неоднозначное понимание внутренней составляющей «предупреждения», мы полностью согласны с мнением законодателя и считаем верным законодательное закрепление частной и общей превенции в существующей редакции в числе целей уголовного наказания и уголовно-исполнительного законодательства. Поскольку, как ранее было отмечено, в самой юридической природе наказания изначально присутствует данная цель и зачастую достигается, что подтверждается проведенным анкетированием как среди осужденных, так респондентов, не привлекаемых к уголовной ответственности.

Как видно из анализа различных мнений ученых, существует различное понимание содержания целей уголовного наказания, их значения, и, как следствие, вопрос о включении той или ной цели наказания в Уголовный закон, также решается неоднозначно. При этом, как верно замечено, «при применении наказания одновременно преследуются все цели наказания. Однако это не означает, что в любом случае эти цели могут быть достигнуты» [59].

Вместе с тем, несмотря на всю сложность определения перечня целей уголовного наказания, на наш взгляд, уголовное наказание имеет смысл только при наличии у него целей, На чем акцентировал внимание, еще в 19 веке, выдающийся ученый Франц фон Лист указывавший: «….До очевидности ясно, что мысль, лежащая в основании привидения в исполнение уголовных приговоров, должна соответствовать тем целям, которые законодатель связывает с наказанием…» [60; 28.].

Подводя итог анализа целей уголовного наказания, полагали бы необходимым переосмыслить значимость таких целей уголовного наказания как «восстановление социальной справедливости» и «исправление осужденного», и рассмотреть вопрос их исключения из перечня целей наказания, рассмотрев при этом возможность включения новой цели: «ресоциализация осужденного».

1. Курс уголовного права. Т.2. Общая часть. Учение о наказании / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. — М., ИКД «Зерцало-М», 2002.

2. Курс советского уголовного права. Т.2. — Л., ЛГУ. 1970.

3. Беляев Н.А. Уголовно-правовая политика и пути ее реализации. — Л., ЛГУ, 1986.

4. Ожегов СИ., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М. 1996.

5. Философский энциклопедический словарь. — М. 1983.

6. Давидович В. Слагаемые социальной справедливости. //Коммунист. 1983. № 5. С. 49.

7. Бербешкина З.А. Справедливость как социальнофилософская категория. М. 1983.

8. Комментарий к УК РК., — Алматы. 1999.

9. Комментарий к УК РК. — Караганда. 1999.

10. Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. — М., Добросвет., 2000.

11. Начала уголовного права /сочинение Будзинского С. Варшава. Главный складъ въ магазинах Кожанчикова в С. Петербурге, Варшаве и Казани. 1870.

12. Стручков Н.А. Курс исправительно-трудового права. Проблемы общей части. -М. 1984.

13. Советское исправительно-трудовое право. -М. 1960.

14. Карпец И.И. Наказание. Социальные, правовые и криминологические проблемы. -М. 1973.

15. Титов Н.И. Исправление и перевоспитание осужденных к лишению свободы. — Л., 1966.

16. Герцензон А.А. Основные положения Уголовного кодекса РСФСР. 1960., -М., 1961.

17. Никифоров Б.С. Некоторые вопросы кодификации советского уголовного законодательства // Сорок лет советского государства и права. — Л., 1957., с.57.

18. Уссе А.В. Исправление осужденного от «перековки» к помощи // Реализация положений нового законодательства в сфере уголовных наказаний. — М., 1995.

19. Беляев Н.А. Цели наказания и средства их достижения в исправительно-трудовых учреждениях. — Л., 1963 г.

20. Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии. — М., 1996.

21. Хохряков Г.Ф. Парадоксы тюрьмы («Проблемы, дискуссии, предложения»). — М.: Юрид. лит., 1991.

22. Галикеев Р.Г. Организация педагогического общения сотрудников осужденными в процессе перевоспитания в исправительно-трудовом учреждении. — Уфа., 1990.

23. Ной И.С. Сущность и функции уголовного наказания в советском государстве. Саратов. 1973.

24. Бриллиантов А.В. Дифференциация наказания и степень исправления осужденных к лишению свободы. — М., 1997.

25. Комментарий к Уголовному Кодексу РФ. Под ред. А.В. Наума. — М., 1996; Комментарий к Уголовному Кодексу РФ. Под общей ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. — М., 1996.

26. Гидденс Э. Социология. — М., 1999.

27. Смелзер Н. Социология. — М., 1994.

29. Рыбак М. С. Ресоциализация осужденных к лишению свободы: проблемы теории и практики / М. С. Рыбак. — 2-е изд., испр. и доп. — Саратов: Изд-во ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права», 2004.

30. Писарев В.Б. Ресоциализация освобожденных от отбывания наказания // Исполнение наказания и социальная адаптация освобожденных. — М., 1990.

31. Жулева Ю. В. Ресоциализация осужденных несовершеннолетних женского пола в воспитательных колониях (правовой и криминологический аспекты). Автореф. дисс. канд. юр. наук.- Рязань, 2000.

32. Аберкромби Н., Хилл С., Тернер Б.С. Социологический словарь; пер. с англ.; под ред С.А. Ерофеева. -М., 2000.

34. Большой иллюстрированный словарь иностранных слов: 17000 сл. — М.: ООО «Русские словари»: ООО «Изд-во Астрель»: ООО «Изд-во ACT», 2003.

35. Таганцев, Н. С. Русское уголовное право. Т. 2 / Н. С. Таганцев. — Тула: Автограф, 2001.

36. Криминологические и уголовно-правовые проблемы наказания / У. С. Джекебаев, Р. Н. Судакова, С. А. Шапинова, К. Ж. Балтабаев, Н. К. Садвакасов, Р. Т. Нуртаев. Алма-Ата: Наука, 1983.

37. Кисляков, А. В. Ресоциализация как цель уголовного наказания / А. В. Кисляков //Актуальные проблемы исполнения уголовных наказаний: Материалы науч.-практ. семин. — Рязань: Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний, 2005.

38. Воронов В.А. Ресоциализация преступника-основная цель нового уголовного наказания// Цели уголовного наказания. — Рязань, 1990.

39. Галикеев Р. Г., Чакубаш. Ю. В. Ресоциализация как цель исполнения наказания / Матер. межвузовской научно-теор. конференции «Биологическое и социлаьное в личности преступника и проблемы е ресоциализаци». — Уфа., 1994.

40. Крылова Н.Е. Серебренникова А.В. Уголовное право современных зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии): Учебное пособие. — М.: Зерцало, 1977.

41. Шаргородский М.Д. Система наказаний и ее эффективность Советское государство и право. 1968., №11., С.56..

42. Южанин В. Е. Процесс ресоциализации в уголовном судопроизводстве / В. Е. Южанин. — Рязань, 1992.

43. Стручков Н.А. Новые аспекты исполнения наказания и исправления осужденных // Воспитание и правопорядок. 1981. № 1.

44. Чукмаитов Д.С. Применение уголовного наказания в целях предупреждения рецидивных преступлений. Алматы: ТОО «Баспа», 1997.

45. Сборник международных документов по правам человека в одиннадцати томах. Т.5 Часть 2. Алматы., 2005.

46. Ожегов СИ, Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка М. 1996.

47. Познышев СВ. Основные вопросы учения о наказании. М. 1904.

48. Таганцев Н.С. Русское уголовное право. СПб., 1902. Т. П.

49. Шаргородский М.Д. Наказание, его цели и эффективность. -Л., 1973.

50. Полубинская СВ. Цели уголовного наказания. М. 1990.

51. Восстановительное правосудие для несовершеннолетних и социальная работа: Учебное пособие / По ред. Л.М. Карнозовой. — М., 2001.

52. Ломако В.В. Цели наказания и особенности их обеспечения при условном осуждении // Проблемы социалистической законности. Вып. №1., Харьков. 1976. С.79.

53. Пионтковский А.А. Советское уголовное право. Общая часть. Т.1. — Л., 1929.

54. Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980.

55. Российское уголовное право. Общая часть. Под ред. В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. — М., 1997.

56. Бышевский Ю.В., Марцев А.И. Наказание и его назначение. Омск., 1975.

57. Приложение 1 к приказу КУИС МЮ РК от 24 июня 2008 года №55-ОД.

58. Рахметов С.М., Кулмуханбетова Б.А. Наказание: понятие, цели, виды, порядок и назначение. Алматы, 1999.

59. Франц Фон Лист. Задачи уголовной политики. Преступление как социально-политическое явление сост. и предисл. В.С. Овчинского., -М.

www.zakon.kz

Еще по теме:

  • Требования к кандидатам юрист Требования к кандидатам юрист Адвокаты вправе создавать общественные объединения адвокатов и (или) быть членами (участниками) обще txt fb2 ePub html на телефон придет ссылка на файл выбранного формата Шпаргалки на телефон — незаменимая вещь при […]
  • Гражданство рф для лнр и днр 2018 Получение гражданства России для жителей Донбасса ЛНР и ДНР Для того чтобы ответить на вопрос: как получить гражданство РФ, необходимо изучить исчерпывающий объём информации, представленный в официальных источниках. Сложности при оформлении […]
  • Распечатать бланк договора купли продажи дома с земельным участком Договор купли продажи жилого дома с земельным участком Здесь вы можете посмотреть и скачать шаблон купли-продажи купли-продажи жилого дома с земельным участком за 2018 год в удобном для вас формате. Помните, что вы всегда можете получить нашу […]
  • Новый закон на имущество с 2018 Россиянам приготовили новый налог на имущество Проект скоро станет законом 21.05.2018 в 18:32, просмотров: 187119 Госдума провела работу над ошибками. Конечно, не своими, а теми, которые допустили и допускают составители земельного кадастра — […]
  • Налогообложение с продажи квартиры по наследству Налог 13% при продаже жилья полученного в наследство Помогите пожалуйста. Сейчас получаю в наследство дом, планирую продать его за 1 млн 200 т.р. и в последующем взяв ипотечный кредит купить двухкомнатную квартиру за 2 млн 500 т.р. В этой связи […]
  • Размер формата а3 разрешение Минимальное разрешение для формата А4 ? Сообщество – Как создать сообщество? Как вступить в сообщество? Чтобы вступить в уже существующее сообщество, нужно зайти в это сообщество и нажать кнопку «Вступить в сообщество».Вступление в сообщество […]