Оглавление:

Сколько задолжала Россия: самые интересные решения ЕСПЧ за весну 2017 года

«Право.ru» подготовило очередную подборку наиболее ярких решений Европейского суда по правам человека в Страсбурге по российским жалобам за последние три месяца. Также мы собрали традиционную статистику: какие жалобы встречаются чаще всего и сколько должны выплатить российские власти заявителям по последним рассмотренным ЕСПЧ делам.

Весенние месяцы ознаменовались для отношений России и Страсбурга рядом событий. В марте Комитет министров Совета Европы опубликовал очередной отчёт о том, как исполняются решения ЕСПЧ, и оказалось, что Россия заняла «почётное» второе место по числу неисполненных решений, уступив пальму первенства только Италии. Так, к концу 2016-го российские власти исполнили 261 постановление Страсбурга и проигнорировали 1573. Для сравнения, показатель опередившей Россию Италии – 2350 неисполненных решений, а на третьем и четвертом месте оказались соответственно Турция (1430) и Украина (1147). Сроки исполнения, которые на сегодня составляют 10,2 года, тоже только увеличиваются, и по этому показателю Россия также в тройке лидеров (см. «Россия оказалась в тройке лидеров по неисполнению решений ЕСПЧ»).

При этом на недавнем Петербургском международном юридическом форуме председатель КС Валерий Зорькин призвал ЕСПЧ «соблюдать баланс в вопросах пересечения норм международных договоров и принципов государства».

Другой новостью, напрямую касающейся отношений России и Страсбурга, стало назначение нового уполномоченного от России при ЕСПЧ. С августа 2008 года по март 2017 года эту должность занимал Георгий Матюшкин. В марте он оставил свой пост по состоянию здоровья (см. «Путин уволил начальника ГИБДД Нилова»). Теперь его сменит Михаил Гальперин, ранее занимавший пост замглавы Минюста (см. «Путин назначил замминистра юстиции уполномоченным России при ЕСПЧ»).

«Право.ru» традиционно собрало самые яркие решения ЕСПЧ, привлекшие внимание общественности.

ЕСПЧ засудил российские выборы

В конце мая ЕСПЧ вынес решение по жалобе «Давыдов и другие против России», которая касалась нарушений в ходе выборов в Санкт-Петербурге в 2011 году. Страсбург впервые признал нарушения на российских выборах, указав на нарушения прав четырёх заявителей на свободные выборы и эффективную правовую защиту. Масштабные нарушения при подсчёте голосов признаны ЕСПЧ и оценены в €7500 компенсации для каждого заявителя и оплате судрасходов в размере €8000.

Подавшие жалобы проигравшие кандидаты в городской парламент указывали на расхождения между данными копий протоколов, полученных на участках, и официально представленными результатами выборов. Так, результаты одного из заявителей, экс-кандидата от «Справедливой России» Андрея Давыдова, снизились в два раза, притом что результаты «Единой России» выросли. Итог объяснили ошибками, суды отказались рассматривать жалобы заявителей.

В ЕСПЧ указали, что сложно судить, насколько обоснованы подозрения в фальсификации итогов выборов, но то, что на половине участков голоса пересчитывали, говорит о «значительной дисфункции избирательной системы». Минюст уже заявил о несогласии с выводами Страсбурга и настаивал, что выборы проходили в соответствии с законодательством. Там же отметили, что само избирательное законодательство решение ЕСПЧ не затрагивает.

Избиение задержанных обошлось казне в €95 000

ЕСПЧ объединил жалобы трех заявителей, столкнувшихся с одной и той же проблемой: после задержания сотрудники полиции попытались «выбить» из них признания в преступлениях. Одного из заявителей обвиняли в подготовке теракта, другого вынуждали признаться в краже золотой цепочки и мобильного телефона.

Страсбургский суд признал, что имело место нарушение ст. 3 Европейской конвенции по защите прав человека (запрет пыток). Им присудили компенсации в €20 000, €30 000 и €45 000 и компенсацию судрасходов (см. «ЕСПЧ обязал Россию выплатить €95 000 за избиение трех задержанных»).

Весной этого года российские власти отказались принять системные меры по предотвращению пыток в полиции, на необходимости которых настаивали представители Страсбурга. В ЕСПЧ считали, что решить проблему могла бы установка в полицейских участках видеокамер, медосмотры задержанных, разработка строгого регламента по общению полицейских с задержанными и увеличение числа следователей, которые занимаются должностными преступлениями полицейских, уточняло РБК.

Страсбург защитил жителей Люберец

Страсбургский суд признал незаконным изъятие земли для госнужд, если не доказано наличие «неоспоримого общественного интереса». В деле «Волчкова и Миронов против РФ» российские власти не смогли доказать, что такой интерес был в частном инвестпроекте в Подмосковье.

Изъятие участков было запланировано в 2003 году для реализации инвестконтрактов с целью «улучшения архитектурного облика» города. Но собственники пожаловались на то, что цель изъятия – коммерческая, ведь на участке, где построили 17-этажку, муниципалитет получил только 5% площади квартир, проданных им инвестору.

В Страсурге разобрались в обстоятельствах дела и заключили, что изъятие дома, который не был ветхим или аварийным, не могло быть обусловлено исключительно «эстетическими улучшениями». Местные власти не предоставили доказательств того, что проект был построен как социальное жилье. Кроме того, заявители в жалобе указали, что они получили неравноценное возмещение – $115 000 и право соцнайма двух квартир общей площадью 100 кв. м. Страсбург предложил сторонам договориться о погашении материального ущерба или представить в суд отчеты оценщиков, по которым будет назначена компенсация. Пока же заявителям присудили по €3000 компенсации морального вреда и €100 судебных издержек.

Родственникам погибших во время теракта в Беслане должны заплатить €3 млн

Страсбургский суд обязал Россию выплатить €2,95 млн по иску в связи с захватом заложников в школе Беслана 1 сентября 2004 года и выплатить €88 000 судрасходов. Тогда в заложниках оказались более 1200 человек: школьники, их родители и учителя. Заложников удерживали три дня, в итоге погибли 334 человека, среди которых 180 детей.

Страсбург впервые призвал российские власти взять на себя ответственность за непредотвращение теракта, о возможности которого было известно, а также неэффективное расследование произошедшего.

Жалобу в ЕСПЧ подали представители инициативной группой «Матери Беслана» – в общей сложности 409 человек, в числе которых – бывшие заложники, те, кто пострадал при теракте, и их родственники. Они настаивали, что в ходе операции по освобождению здания власти РФ не обеспечили соблюдение права на жизнь погибших, применив при штурме оружие, жертвами которого могли стать сами захваченные. Ряд заявителей указывали на то, что люди погибли из-за того, что сила была применена непропорционально.

В Страсбурге согласились, что нарушение ст. 2 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод – право на жизнь – действительно имеет место. Также в суде обратили внимание на неэффективность расследования инцидента. В Кремле решение Европейского суда по правам человека уже назвали «абсолютно неприемлемым».

Жителям транзитной зоны «Шереметьева» заплатят €95 000

Страсбург обязал Россию выплатить €95 000 беженцам из Ирака, Палестины, Сирии и Сомали, которые вынуждены были долгое время жить в транзитной зоне «Шереметьева». Они приехали в Россию в 2015 году и хотели получить статус беженцев и вид на жительство. Но в этом им отказали и запретили въезд из-за проблем с документами. В результате трое из них провели в транзитной зоне от пяти до восьми месяцев, а один из заявителей, гражданин Сомали, провел там почти два года.

Граждан Сирии и Ирака направили в управление верховного комиссариата ООН в Швеции и Дании. Палестинец улетел в Египет, мигрант из Сомали уехал в Могадишо. Все они заявили, что их задержали в транзитной зоне аэропорта и содержали в плохих условиях. В Страсбурге решили, что российские власти нарушили ст. 3 (бесчеловечное или унижающее достоинство обращение) и п. 1 ст. 5 (право на свободу и личную неприкосновенность) Европейской конвенции по правам человека.

По решению ЕСПЧ Россия должна выплатить заявителям компенсацию в размере €95 000: €15 000 – палестинцу, по €20 000 –гражданам Ирака и Сирии, €26 000 – мигранту из Сомали. Также ответчик обязан выплатить каждому из жалобщиков по €3500 в качестве возмещения судебных издержек.

Страсбург признал нарушение прав главы «Мемориала» и журналистов РЕН-ТВ в Ингушетии

ЕСПЧ вынес решение по жалобе председателя Совета правозащитного центра «Мемориал» Олега Орлова и трех журналистов телеканала РЕН-ТВ, признав нарушение их прав в Ингушетии в 2007 году. В общей сложности заявителям присудили €84 000.

В Назрани Орлов и сотрудники телекомпании, Артем Высоцкий, Станислав Горячих и Карен Сахинов, должны были освещать протестную акцию против действий силовиков. Акция была запланирована на 24 ноября 2007 года и проводилась в связи с гибелью шестилетнего ребенка в ходе антитеррористической операции. В гостиницу «Асса», где остановились заявители, ночью накануне протестной акции приехала группа вооруженных людей, которые, по словам главы «Мемориала» и сотрудников РЕН-ТВ, избили их, забрали личные вещи и вывезли мужчин за город. Там, после очередного избиения, им пригрозили, что если они снова окажутся в Ингушетии, домой уже не вернутся. Расследование произошедшего неоднократно приостанавливалось и продолжается до сих пор.

Судьи ЕСПЧ в решении указали на нарушение ст. 3 (запрещение пыток), ст. 5 (право на свободу и личную неприкосновенность), а также ст. 1 протокола 1 к Конвенции (защита собственности).

Гибель демонстранта на антикоррупционном митинге обойдется в €50 000

Страсбург обязал Россию выплатить €50 000 жителю Дагестана Ярмету Нагметову, сын которого погиб в ходе разгона полицией антикоррупционного митинга в 2006 году. Заявитель настаивал, что его сын погиб из-за того, что в ходе разгона акции, на которой собравшиеся требовали отставки главы Докузпаринского района Дагестана, применялись спецсредства. При разгоне митинга погибли три человека, были задержаны более 70 человек, правозащитники сообщали о пытках задержанных.

Нагметов также заявлял о неэффективности расследования произошедшего. Уголовное дело по факту гибели молодого человека возбудили, но позже оно приостанавливалось, снова возобновлялось, и в 2011 году было прекращено окончательно.

ЕСПЧ признал нарушение Россией ст. 2 (право на жизнь) Европейской конвенции и обязал выплатить истцу компенсацию морального вреда в размере €50 000. Такую меру суд счёл наиболее приемлемой «за неимением лучшего варианта», отмечено в решении.

ЕСПЧ признал плохие условия содержания в российских тюрьмах

Страсбургский суд признал нарушение прав семнадцати российских заключенных, которые пожаловались на плохие условия содержания в российских тюрьмах: нехватку спальных мест, антисанитарию, отсутствие отопления и недостаточную вентиляцию, переполненность помещений. Также в жалобах речь шла о плохом качестве пищи и содержании в общих камерах заключенных с гепатитом и туберкулезом.

Семь жалоб ЕСПЧ объединил в одно производство – «Каргашин и другие против России», еще десять жалоб были рассмотрены в рамках дела «Можаров и другие против России». Общая сумма компенсации составила €122 300.

В апреле стало известно, что Страсбургский суд вынесет пилотное постановление о необходимости изменить правила перевозки осужденных и подследственных в России из-за большого числа жалоб по этому поводу (см. «ЕСПЧ выступает за изменение правил транспортировки заключенных в РФ»).

pravo.ru

База данных ЕСПЧ HUDOC доступна с русскоязычным интерфейсом!

Сегодня ЕСПЧ запустил базу данных ЕСПЧ HUDOC с интерфейсом на турецком языке, а также сообщил, что в следующем месяце появится русскоязычный интерфейс.

Однако фактически база с русскоязычным интерфейсом уже доступна! Хотя, надо полагать, пока работает в тестовом режиме. Также в базе в настоящее время нет переключения на русский язык. Указанная мной ссылка получена заменой букв «tur» на «rus» в адресе базы на турецком языке.

P.S. с 17 ноября база ЕСПЧ HUDOC с русскоязычным интерфейсом недоступна.

Возможность комментирования заблокирована.

Остались вопросы об условиях оказания нужной услуги после прочтения соответствующего раздела сайта ? (Чтобы перейти в него, кликните на подходящий пункт из списка выше.) Тогда напишите мне (в мессенджерах, пожалуйста, пишите всё сразу, как в письме, не ожидая моего ответа на приветствие или на запрос о добавлении в контакты). Если Ваш вопрос объективно требует немедленного ответа, позвоните мне по телефону или через мессенджер (в любой день с 9 до 23 МСК ). Это не относится к консультациям. Если Вы не смогли разобраться, как получить консультацию, прочитав подробные разъяснения на сайте , пожалуйста, обратитесь за ней к другому юристу. У меня просто нет возможности персонально разъяснять порядок получения консультаций.

+7 (963) 319-50-05
[мой прямой номер, Билайн,
СПб, не для консультаций,
в т.ч. по «маленьким» или «простым» вопросам!
только для экстренных звонков
(если я не смог ответить, но вопрос остаётся актуальным — перезванивайте),
не для журналистов!]

oleg.anishchik
[не для консультаций!
не для журналистов!]

oleg.anishchik
[не для консультаций!
не для журналистов!]

europeancourt.ru

Решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ)

В марте 1998 г. Россия присоединилась к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее — «Конвенция»)1. Подписав и ратифицировав Конвенцию, Россия признала юрисдикцию Европейского суда по правам человека (далее — ЕСПЧ, Европейский суд) и обязательность исполнения его решений, а также предоставила своим гражданам возможность обращаться за защитой своих нарушенных прав в ЕСПЧ. При рассмотрении спора по существу ЕСПЧ

Рис. 5.1. Судебная система РФ

Рис. 5.2. Иерархия судебных актов в Российской Федерации

формирует правовые позиции, которые должны учитываться национальными судами при принятии решений. В частности, ВС РФ неоднократно обращал внимание судов на необходимость учитывать постановления Европейского суда, в которых дано толкование положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, подлежащих применению в данном деле1, и при применении Конвенции избегать ее «любого нарушения»2.

В феврале 2010 г. КС РФ принял Постановление3, в котором назвал решения ЕСПЧ составной частью российской правовой системы. Конституционный Суд РФ запретил судам общей юрисдикции отказывать в пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам в случае, если ЕСПЧ установил нарушение положений Конвенции при рассмотрении конкретного дела, по которому было вынесено судебное решение. Позднее соответствующие дополнения были внесены в ГПК РФ и АПК РФ. Именно поэтому российским юристам чрезвычайно важно отслеживать и изучать решения Европейского суда. Знание правовых позиций ЕСПЧ поможет в составлении судебных бумаг и выстраивании стратегии по делу.

Полная информация о деятельности ЕСПЧ, текст Конвенции (на русском и других языках), календарь назначенных к рассмотрению слушаний находятся в открытом доступе на интернет-сайте Европейского суда: echr.coe.int. Подробное руководство по процедуре подачи жалобы и инструкции по ее составлению можно найти на русскоязычном сайте Европейского суда ( echr.ru/court/complaint/index.htm).

Решения ЕСПЧ публикуются в базе данных ЕСПЧ (HUDOC), ( cmiskp.echr.coe.int/tkpl97/search.asp?skin=hudoc-en ). Поиск можно проводить по любым имеющимся параметрам. В этой же базе, установив фильтры, можно отслеживать ход рассмотрения конкретного дела, а также издание других документов в ходе рассмотрения спора.

Тексты документов в базе Европейского суда доступны на английском и французском языках. Поиск решений возможен в соответствии с «уровнем значимости прецедента», определяемым самим Судом.

Высокая значимость — решения Суда, которые значительно повлияли на развитие, пояснение или изменение прецедента, относящиеся ко всему прецедентному праву либо к конкретному государству.

Средняя важность — решения Суда, которые не вносят значительного вклада в развитие прецедентного права, но все же не просто применяют существующие правовые прецеденты.

Низкая значимость — решения Суда, малоинтересные с точки зрения развития права, применяющие существующий прецедент, мировые соглашения и отказы в принятии жалобы (за исключением случаев, когда такие судебные акты представляют интерес в конкретных обстоятельствах).

В СПС «Гарант» существует российское ежемесячное издание ЕСПЧ (краткие обзоры постановлений Суда и статистика дел за месяц). Ежеквартальный русскоязычный обзор наиболее значимых решений «Бюллетень EHRAC» (European Human Rights Advocacy Centre) распространяется бесплатно Правозащитным центром «Мемориал». С 2006 г. ежемесячно издается журнал «Права человека» (учрежденный Советом судей России и Международным союзом юристов). Журнал полностью посвящен теоретическим и практическим вопросам защиты прав человека в контексте соблюдения Конвенции. Основные материалы публикуются на русском, английском и (или) французском языках.

Отдельного ресурса, содержащего сведения о ходе исполнения решений ЕСПЧ, нет, однако при желании отчеты в отношении исполнения решений можно найти, например, на сайте: пгг.р://ше

studme.org

Полезные ссылки

По указанным адресам Вы можете найти дополнительную информацию о правах человека и международном судопроизводстве. Совет Европы Портал Совета Европы Европейский Суд по правам человека Комитет Министров Совета Европы Парламентская Ассамблея Совета Европы Комитет по предотвращению пыток Европейская

По указанным адресам Вы можете найти дополнительную информацию о правах человека и международном судопроизводстве.

Совет Европы

Европейская Конвенция о правах человека: право и практика
(Российский информационный и документационный центр Совета Европы)

Учебный портал Совета Европы
Ресурс, разработанный Советом Европы для обучения судей и прокуроров в области прав человека. Имеется русскоязычный интерфейс и множество интерактивных учебных материалов.

Решения ЕСПЧ на русском языке

new! Обзоры постановлений и решений, принятых по жалобам против Российской Федерации
Ресурс содержит ежемесячные обзоры за 2007 и 2008 годы, подготовленные для «Бюллетеня Европейского Суда по правам человека».

ООН

Несудебные органы

Судебные органы

Организация Американских государств

Российские НПО

Международные НПО

Британский центр «Восток-Запад»
Британская неправительственная организация, предоставляющая информационные, образовательные, консультативные и другие услуги, поддерживающие позитивные процессы устойчивого социального, политического и экономического развития в СНГ.

HUDOC
Поисковая система решений Европейского Суда по правам человека
(на английском и французском языках)

Гарант
Законодательство с комментариями, решения Европейского суда по правам человека на русском языке

Human Rights Tools
Библиотека интернет-ресурсов для сотрудников и активистов правозащитных организаций(на англ. языке)

Основные международные документы в области прав человека
Библиотека международных документов по правам человека и международному гуманитарному праву на русском языке. Имеется тематический указатель и хронологический перечень.

Европейский Суд и свобода слова
Раздел сайта Института проблем информационного права, посвященный практике Европейского Суда по ст. 10 Конвенции. Содержит переводы прецедентов Суда, аналитические материалы, постановления российских судов, другие документы.

База ОБСЕ/ОДИПЧ по законодательству в области человеческого измерения
База данных, поддерживаемая и пополняемая Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека, содержит тексты законов стран-членов ОБСЕ, а также нормы и документы Европейской Комиссии/Европейского Союза, европейское и национальное прецедентное право, двусторонние конвенции, экспертные заключения и другие документы. Возможен поиск документов по странам и тематическим областям.

HuriSearch
Поисковая система, позволяющая производить поиск по более чем 3 тыс. сайтам, посвященным теме прав человека

Human Rights Education Associates
Сайт Ассоциации по обучению в области прав человека. В разделе «Ресурсный центр» размещены обучающие и информационные материалы по различным аспектам международной защиты прав человека. Возможен поиск по тематической области и целевой аудитории

International Legal Search Engine
Поисковая система, позволяющая легко найти международные нормы, действующие в отношении конкретной страны

Electronic Information System for International Law
Открытая база данных, позволяющая производить поиск документов, вебсайтов и научных ресурсов по различным отраслям международного права

Учебный портал Совета Европы
Ресурс, разработанный Советом Европы для обучения судей и прокуроров в области прав человека. Имеется русскоязычный интерфейс и множество интерактивных учебных материалов.

Руководство по учреждению национальных механизмов предупреждения пыток
Пособие на русском языке, изданное неправительственной Ассоциацией по предупреждению пыток (Швейцария)

База договоров и документов в области международного гуманитарного права
База данных составлена и поддерживается Международным комитетом Красного Креста.

Руководство по правам человека и основным свободам военнослужащих
Справочное пособие по правам и свободам человека в вооруженных силах (в формате pdf, на английском и русском языках).

memohrc.org

Обзор решений Европейского Суда по правам человека по российским жалобам. Октябрь 2005

Мария Воскобитова, юрист Центра Содействия Международной Защите

Европейский суд — механизм защиты прав и свобод человека, созданный на основе Европейской Конвенции прав человека и основных свобод (далее Конвенция). Частные лица и организации могут обращаться в этот орган с жалобами на нарушения, предусмотренных Конвенцией прав и свобод.

Рассматривая эти обращения, Европейский суд по правам человека выносит решения, в которых определяется приемлемость жалобы, и постановления, в которых жалоба разрешается по существу — то есть признается или не признается нарушение прав человека. Постановления Европейского суда по конкретным делам носят обязательный характер и должны исполняться государствами. При рассмотрении конкретных жалоб Суд оценивает не только фактические обстоятельства конкретного дела, но и анализирует особенности законодательства и правоприменительной практики конкретной страны, ставшие причиной нарушения прав и свобод человека. По этой причине постановления Суда имеют большое значение для совершенствования национальных правовых систем.

Ознакомиться с детальной информацией о деятельности Европейского суда можно на Интернет странице Суда, где доступны текст Конвенции и краткая информация о работе Суда на русском языке странице.

В октябре 2005 г. было вынесено сравнительно большое количество решений и постановлений — в общей сложности 20. Из них 7 решений по вопросу приемлемости, и 13 постановлений по существу. Исходя из вопросов, рассмотренных Судом в этих решениях и постановлениях, их можно разделить на несколько групп .

Самая большая группа дел касается неисполнения решений российских судов по пенсионным делам и по искам о компенсации ущерба, причиненного незаконным осуждением. Другие группы дел связаны с длительностью судебного разбирательства, с условиями содержания под стражей и законностью заключения по стражу. Кроме того, в октябре Судом был рассмотрен ряд дел, не подпадающих под вышеназванные категории.

В настоящем обзоре анализируются решения и постановления по российским жалобам, вынесенные Европейским судом в октябре 2005 г. В частности, мы рассмотрим позиции сторон и те нормы и принципы, которыми руководствовался Суд при их вынесении. Сначала мы остановимся на делах, имеющих наибольшее значение для российской правовой системы, а затем перейдем к типичным делам. Кроме того, мы рассмотрим те дела, которые были отвергнуты Судом.

Среди дел, рассмотренных Судом в октябре, наиболее значимыми, по нашему мнению, являются дела Fedorov and Fedorova v. Russia, Romanov v. Russia, Fedotov v. Russia, по которым Суд вынес окончательные постановления, а также дело Radchikov v. Russia, по которому было вынесено решение о приемлемости.

1. Дело Fedorov and Fedorova v. Russia

Постановление по существу этого дела было вынесено Судом 13 октября 2005 г. При этом рассматривались следующие фактические обстоятельства.

Заявители — супруги Федоровы — работали ветеринарами в г. Каргасок Омской области. Федоров был главным ветеринаром Каргасокского района. 26 сентября 1996 г. Федоров был обвинен в мошенничестве и в отношении него была избрана в качестве меры пресечения подписка о невыезде. 22 октября 1996 г. он был отстранен от работы. В феврале 1998 г. Федоровой также было предъявлено обвинение в мошенничестве и в отношении нее также была избрана в качестве меры пресечения подписка о невыезде. В августе 1998 г. уголовные дела в отношении заявителей были соединены в одно производство. 17 июля 2000 г. заявители обратились с заявлением об отмене подписки о невыезде, но их заявление не было рассмотрено. В течение шести лет уголовное дело пять раз возвращалось на доследование из суда.

В 2001 г. младший сын заявителей был приглашен на собеседование в Омский государственный аграрный университет. В связи с необходимостью сопровождать сына, Федорова обратилась за разрешением выехать в Омск к Каргасокскому районному прокурору. Прокурор в своем ответном письме указал, что она вызвана 10-11 июля в Каргасокскую районную прокуратуру и поэтому не может приехать на собеседование в Омск вместе с сыном 12 июля. Из-за отказа прокуратуры в разрешении на выезд в Омск сын заявителей пропустил основные вступительные экзамены в университет.

13 августа 2002 г. Парабельский районный суд Томской области оправдал заявителей и отменил подписку о невыезде. Томский областной суд в кассационном порядке отменил это решение и отправил на новое рассмотрение в ином составе судей. 8 мая 2003 г. Парабельский районный суд Томской области вновь прекратил уголовное дело за отсутствием события преступления, но 30 июня 2003 г. Томский областной суд опять отменил это решение и отправил село на новое рассмотрение в Молчановский районный суд Томской области.

31 декабря 2003 г. Молчановский районный суд осудил Федорова за присвоение чужого имущества путем злоупотребления доверием и приговорил его к одному году лишения свободы. Федоров был освобожден от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности. Федорова была полностью оправдана. Молчановский районный суд своим решением также отменил подписку о невыезде в отношении обоих заявителей, хотя она уже была отменена Парабельским районным судом 13 августа 2002 г.

15 апреля 2004 г. Томский областной суд вновь отменил решение суда первой инстанции в отношении осуждения Федорова и отправил его на новое рассмотрение. Дело было передано в Советский районный суд Томской области. 28 февраля 2005 г. Советский районный суд Томской области осудил Федорова за присвоение чужого имущества путем злоупотребления доверием и приговорил его к одному году лишения свободы. Федоров вновь был освобожден от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности. 25 апреля 2005 г. Томский областной суд отменил в кассационном порядке решение Советского районного суда на том основании, что в связи с истечением сроков давности было необходимо прекратить уголовное дело, а не выносить приговор и освобождать от наказания. Томский областной суд прекратил уголовное дело в связи с истечением сроков давности.

Рассмотрев это дело, Европейский суд установил нарушение «разумного срока» рассмотрения уголовного дела. При этом Суд указал, что он, как правило, устанавливает нарушение при подобных обстоятельствах, тем более, что Правительство не предоставило какие-либо факты или аргументы, которые позволили бы прийти к другому выводу, соответственно, было установлено нарушение ст.6(1) — права на справедливое судебное разбирательство. Применительно к этой части постановления факты не требуют комментариев.

Суд так же рассмотрел жалобу заявителей на нарушение права на свободу передвижения, гарантированную ст. 2 Протокола 4 Конвенции. Заявители утверждали, что это право было нарушено применением в отношении них такой меры пресечения, как подписка о невыезде. Суд не согласился с этой позицией по ряду оснований. Исходя из обстоятельств дела, общая длительность действия подписки о невыезде составила 5 лет, 10 месяцев и 17 дней, но 4 года, 3 месяца и 8 дней приходились на период до 5 мая 1998 г., а значит, не могли рассматриваться Судом. [1] В итоге, срок действия подписки, подлежащий рассмотрению Судом, составил немногим более полутора лет. Кроме того, Суд отметил, что Федоров дважды обращался в российские судебные органы за разрешением выехать, и ему его дважды предоставляли. Что касается поездки с сыном на собеседование, то Федорова не предоставила Суду доказательств того, что она обращалась в российские судебные органы за разрешением. Кроме того, даже общий срок в 5 лет 10 месяцев и 17 дней, значительно меньше, чем те сроки, которые имели место в других делах, рассмотренных Европейским судом, таким как Luordo v. Italy (14 лет и 8 месяцев), Goffi v. Italy (13 лет и 6 месяцев) и Bassani v. Italy (24 года и 5 месяцев).

Таким образом, Суд не установил нарушения статьи 2 Протокола 4. Следует отметить, что обосновывая жалобу на нарушение свободы передвижения, заявители, представляя свою позицию, вероятно, не учли принятые Судом принципы оценки подобной ситуации, которые включают в себя несколько моментов: законность примененной меры, цели ее применения, а также соотношение общественных и частных интересов. Кроме того, заявители в данном случае также не учли существующую в Суде практику.

За нарушение прав заявителей на разумный срок разбирательства Суд присудил каждому из них по 3 000 евро.

2. Дело Romanov v. Russia

Постановление по существу этого дела было вынесено Судом 20 октября 2005 г. Это постановление касается ряда вопросов российского уголовного судопроизводства: условий содержания в СИЗО, предоставления медицинской помощи и осуществления психиатрического освидетельствования, законности содержания под стражей и справедливости судебного разбирательства.

Основой данного дела послужили следующие фактические обстоятельства. Заявитель был задержан 12 октября 1998 г. в 20.00, так как предположительно был в состоянии интоксикации. При личном обыске у него была обнаружена марихуана. Только 13 октября 1998 г. в 12.15 был оформлен протокол задержания по подозрению в употреблении и приобретении наркотиков. Обосновывая необходимость задержания, следователь указал, что это необходимо для предотвращения совершения преступления и предотвращения риска того, что заявитель скроется. В тот же день заявителю было предъявлено обвинение. 15 октября 1998 г. прокурор санкционировал содержание под стражей заявителя на том основании, что он совершил тяжкое преступление и существует риск того, что он скроется. 16 октября 1998 г. заявитель был помещен в СИЗО «Бутырский» в Москве.

Следователь направил заявителя на психиатрическую экспертизу. 19 ноября 1998 г. он был обследован экспертами Алексеевской психиатрической больницы г. Москвы. Поскольку эксперты не могли прийти к четким выводам, то заявитель был направлен в психиатрический институт им. Сербского г. Москвы, который производил обследование с 10 декабря 1998 г. по 6 января 1999 г. Комиссия экспертов диагностировала, что заявитель страдает от глубокого диссоциативного расстройства личности (врожденная психопатия), в связи с чем он не мог нести ответственность за действия, которые совершил. Эксперты рекомендовали ему амбулаторное лечение.

Во время следствия прокурор дважды продлял срок содержания заявителя под стражей. 10 февраля 1999 г. предварительное расследование было завершено, а дело передано в Гагаринский районный суд г. Москвы. 28 июня 1999 г. Гагаринский районный суд г. Москвы отклонил ходатайство заявителя об освобождении, а также назначил новую психиатрическую экспертизу, не дав какого-либо обоснования ее необходимости и не проведя рассмотрения доводов защиты по этому поводу. 23 июля 1999 г. это решение было оставлено без изменения Московским городским судом.

Психиатрическое обследование 25 августа 1999 г. не выявило каких-либо существенных изменений в памяти, внимании или умственных способностях заявителя. Поскольку комиссия не могла прийти к однозначному выводу о психическом состоянии заявителя, она рекомендовала обследовать его в стационаре. 20 сентября 1999 г. районный суд направил заявителя на стационарное обследование в Институт им. Сербского, где он находился с 24 ноября по 24 декабря 1999 г. Комиссия пришла к выводу о том, что у заявителя психологическое расстройство в форме глубокой диссоциации. С точки зрения комиссии, заявитель совершил преступление в состоянии психического расстройства, и на момент обследования не мог давать адекватные показания. Комиссия также пришла к заключению, что заявителю необходимо стационарное лечение.

Слушание уголовного дела в отношении заявителя несколько раз откладывалось, в связи с неявкой свидетелей. При этом заявитель продолжал содержаться под стражей. 10 марта 2000 г. районный суд вновь отклонил ходатайство защиты об освобождении. Это решение было вынесено без его участия, так как в суд не доставляли больных заключенных. 3 апреля 2000 г. районный суд вновь отклонил ходатайство защиты о том, чтобы заявитель лично присутствовал в суде и дал свои показания, но суд заявил, что поскольку он является психически больным, то его показания не могут быть приняты как доказательства. Районный суд также отказал защитнику в его ходатайстве о направлении запроса в СИЗО, чтобы прояснить причины, почему заявитель не доставляется в суд.

4 апреля 2000 г. Гагаринский районный суд вынес решение о том, что заявитель совершил действия, предусмотренные ст.228 ч.1 УК РФ, но должен быть освобожден от наказания и направлен на принудительное психиатрическое лечение. Защита обжаловала это решение в связи с тем, что заявитель не присутствовал на процессе, а суд не разрешил противоречия между двумя экспертными заключениями, и вообще не рассмотрел первое из них, а также не разъяснил причины своего доверия второму. 25 апреля 2000 г. Мосгорсуд оставил решение районного суда без изменения, указав, что нет причин не доверять второму экспертному заключению. При этом Мосгорсуд никак не отреагировал на довод защиты заявителя об отсутствии подзащитного на процессе. 23 мая 2000 г. заявитель был переведен в Московскую психиатрическую больницу №7, позднее он был переведен в психиатрическую больницу Нижнего Новгорода, откуда был освобожден 22 февраля 2001 г.

После коммуникации данной жалобы 11 февраля 2003 г. Московская городская прокуратура направила 24 апреля 2003 г. свой протест в Президиум Московского городского суда на том основании, что суд должен был обосновать причины, по которым было отвернуто первое экспертное заключение. 5 июня 2003 г. Президиум Московского городского суда согласился с доводами прокурора, отменил решения от 4 и 25 апреля 2000 г. и направил дело на новое рассмотрение в другом составе суда. 9 июля 2003 г. состоялось слушание в присутствии прокурора и адвоката заявителя. 9 июля 2003 г. суд в присутствии прокурора и адвоката заявителя установил, что заявитель приобрел и хранил наркотики, но он не может быть привлечен к уголовной ответственности, так как находился в состоянии психического расстройства. Суд также счел, что принудительных медицинских мер применять к заявителю не требуется, так как они уже были применены, и на основании решения от 4 апреля 2000. 4 сентября 2003 г. Мосгорсуд прекратил уголовное дело в отношении заявителя на основании Акта об амнистии от 26 мая 2000 г.

Рассмотрев данное дело, Европейских суд счел, что имело место нарушение ст. 5 (3), представляющей право на освобождение из под стражи до судебного разбирательства и на разумный срок нахождения под стражей до завершения судебного процесса. Как установил Суд, заявитель находился под стражей до принятия решения по делу в течение года, пяти месяцев и двадцати трех дней. Суд подчеркнул, что основания для продолжения содержания под стражей не должны быть «общими и абстрактными», и те основания, которые достаточны для первоначального заключения под стражу, теряют свою значимость с течением времени. В частности, это касается таких оснований как «тяжесть совершенного преступления» и «возможность скрыться», особенно, если государственные органы не обосновали эти аргументы фактическими обстоятельствами.

С точки зрения Европейского Суда, внутренние суды также не дали обоснования причин назначения повторной психиатрической экспертизы, что фактически затягивало сам судебный процесс и срок задержания под стражей до вынесения решения суда. Т.е. Суд признал нарушения права на свободу и личную неприкосновенность в связи с необоснованностью каждого последующего продления содержания под стражей, а также в связи с необоснованным затягиванием процесса государственными органами.

Суд также признал нарушение предусмотренного ст. 6(1) права на справедливое судебное разбирательство, так как решение было вынесено в отсутствие заявителя, хотя на нем обсуждалось его психическое состояние. В таких случаях, с точки зрения практики Европейского Суда, присутствие заявителя и его адвоката необходимо. В данном случае в российский суд было представлено два экспертных заключения одного и того же психиатрического института, которые совпадали по существу, но расходились в оценке необходимых мер в виде амбулаторного и стационарного лечения. В связи с этим было необходимо присутствие заявителя, чтобы судья лично мог убедиться в его психическом состоянии для принятия справедливого решения. Европейский суд также отметил обстоятельства, свидетельствующие о том, что препятствий для участия заявителя в процессе не было. Он не проявлял каких-либо признаков агрессивного поведения, и его физическое и психическое состояние позволяло доставлять его в суд.

Кроме того, Суд рассмотрел условия содержания заявителя в СИЗО «Бутырский», где тот находился с 16 октября 1998 г. по 23 мая 2000 (с января 1999 — в психиатрическом отделении). Заявитель указал, что за этот период он содержался в трех различных камерах, отличавшихся по размеру и количеству сокамерников. Но во всех камерах на окнах были железные жалюзи, которые препятствовали поступлению света в камеру, а в одной из них был оборудован барьер, чтобы нельзя было подойти к окну. Зимой в камерах было 15-16 градусов тепла, а летом — до 50 градусов. Во время помещения в камеру заявителю не были выданы постельные принадлежности и столовые приборы. Эти предметы были ему предоставлены только после объявления голодовки. Заявителю не оказывалось адекватной медицинской помощи: когда он заболел простудой, лечение ему не предоставлялось почти месяц, несмотря на его многочисленные обращения. После пребывания в СИЗО у заявителя были диагностированы педикулез и чесотка. Заявитель неоднократно наблюдал, как сотрудники СИЗО избивали других душевнобольных заключенных. После ежемесячных обысков в камерах у многих заключенных пропадали вещи.

Европейский суд, рассмотрев условия содержания заявителя, пришел к выводу, что они не соответствовали ст. 3 Конвенции, запрещающей пытки и жестокое и унижающее обращение. При этом Суд принял во внимание перенаселенность камер, наличие на окнах решеток-жалюзи и ограды, плохую вентиляцию, искусственное освещение и отсутствие доступа к душу чаще, чем раз в неделю, вследствие чего заявитель был заражен кожными заболеваниями. Суд счел, что иные аргументы даже не стоит рассматривать. Следует также отметить, что Правительство РФ в своих возражениях в основном ссылалось на переустройство СИЗО на данный момент, но не опровергло аргументы заявителя.

Суд присудил заявителю компенсацию в размере 5 000 евро. Следует отметить, что данное дело является удачным примером, когда дело в Европейском суде представлял правозащитник А. Рекант, не имеющий юридического образования, но который изложил произошедшие события достаточно четко, ясно и понятно.

3. Дело Fedotov v. Russia

Постановление по существу этого дела было вынесено Судом 20 октября 2005 г. В рамках этого дела Суд рассматривал следующие фактические обстоятельства

7 мая 1999 г. в отношении заявителя было возбуждено уголовное дело по подозрению в использовании в личных целях своего служебного положения президента общественной организации. Ему вменялось, что он потратил грант в размере 5000 долларов США для приобретения оргтехники, которую он использовал дома или незаконно передал ее местной юридической фирме. 13 октября 1999 г. прокурор предъявил заявителю обвинение и санкционировал его содержание под стражей. Основанием для помещения под стражу послужила неявка заявителя для подписания обвинительного заключения.

1 февраля 2000 г. надзирающий прокурор Новгородской области отменил обвинительное заключение и отменил санкцию на арест, так как расследование было неполным, и не все факты были оценены. Несмотря на это, 9 февраля 2000 г. имя заявителя было включено в федеральный список разыскиваемых.

14 июня 2000 г. в 21.50 заявитель был задержан в Москве в гостинице Измайлово на основании того, что 13 октября 1999 г. был санкционирован его арест, и его имя включено в список федерального розыска. Заявитель находился в отделении милиции в течение двенадцати часов до 10.00 15 июня 2000 г. Его допросили, обыскали и, по его словам, оскорбили сотрудники милиции. Он был освобожден только после того, как из Новгородского областного управления милиции сообщили факсом, что ордер на его заключение под стражу был отменен. В отделении милиции заявителю отказались выдать какой-либо документ, свидетельствующий, что он был задержан в течение двенадцати часов.

18 июня 2000 г. заявитель обжаловал действия милиции начальнику Московского управления милиции и прокурору Измайловского района. 5 июля 2000 г. заявитель обжаловал прокурору г. Москвы незаконное задержание и бездействие районного прокурора.

6 июля 2000 г. в 20.30. заявитель был вновь задержан на основании того же ордера на арест. На него надели наручники и препроводили в отделение милиции, где трое сотрудников милиции его оскорбляли, и один из них толкнул его в грудь. Требования заявителя дать ему возможность сделать один звонок и встретиться с дежурным офицером были проигнорированы. Заявитель был освобожден только 7 июля 2000 г. в 18.15 после подтверждения, что ордер на арест был отменен. Заявитель утверждал, что в тот период, пока он был задержан, ему не давали никакой еды, воды, и также не водили в туалет.

15 августа заявитель обжаловал незаконность повторного задержания в Генеральной Прокуратуре.

17 августа 2000 заявитель был проинформирован, что его задержание 14 июня 2000 г. было законным, так как его имя было включено в список федерального розыска, и поскольку он не имел каких-либо документов, подтверждающих, что обвинение снято, сотрудники милиции «предприняли все необходимые меры, чтобы подтвердить или опровергнуть его утверждения о незаконности его задержания». 18 сентября 2000 г. в ответ на жалобы заявителя еще раз было подтверждено, что его задержание было законным, так как его имя значилось в списке федерального розыска, и поэтому ответственность за его задержание полностью лежит на Новгородском областном управлении милиции, которые не обновили своевременно список федерального розыска. 4 сентября 2000 г. заявителю посоветовали привлечь к ответственности сотрудников районного отделения милиции г. Боровичи. 20 октября 2000 г. из отдела внутренних расследований Новгородского областного управления милиции заявителю сообщили, что была возбуждена дисциплинарная процедура против следователя, который не сообщил об отмене ордера на арест. 7 декабря 2000 г. ему также сообщили, что следователю был сделан выговор в связи с нарушение норм УПК.

После того, как Европейский суд коммуницировал жалобу Федотова российским властям [2]. Останкинская межрайонная прокуратура провела проверку по жалобам, поданным заявителем в 2000 г.

29 марта 2004 г. прокуратура вынесла постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту предполагаемого жестокого обращения с заявителем в связи с отсутствием доказательств совершения преступления сотрудниками милиции. 20 апреля 2004 г. прокурор г. Москвы отменил это постановление и направил дело на дополнительную проверку. Кроме того, согласно представлению Останкинской межрайонной прокуратуры, Информационный центр МВД изменил порядок ведения списка разыскиваемых с тем, чтобы он регулярно обновлялся.

В начале 2001 г. заявитель предъявил иск к Министерству финансов, Генеральной прокуратуре и МВД. Он потребовал компенсацию материального и морального вреда в связи с незаконностью уголовного преследования и ареста.

29 августа 2001 г. Басманный районный суд г. Москвы затребовал документы, которые касались задержания заявителя 6-7 июля 2000 г., включая протокол задержания и личного обыска. Документы в суд не были предоставлены. 18 сентября 2001 г. Басманный районный суд вынес решение о том, что уголовное преследование заявителя было незаконным, и заявителю была присуждена компенсация в размере 3000 рублей за причиненный моральный вред, а также 14 976 рублей судебных расходов в уголовной процедуре и 462,14 — в гражданской процедуре. Общий размер суммы составил 18 438 рублей 14 копеек. Заявитель обжаловал решение, так как суд рассмотрел не все обстоятельства задержания. 16 января 2002 г. Московский городской суд оставил решение без изменения.

20 января 2002 г. заявитель обратился за исполнительным листом, но не получил его. 7 марта, 15 мая и 19 июня 2002 г. он обращался к председателю Мосгорсуда по поводу неисполнения решения. 19 июня 2002 г. заявитель получил исполнительный лист на сумму 17 976 рублей. 26 и 27 июня 2002 г. заявитель обжаловал то, что сумма в исполнительном листе отличалась от суммы, указанной в решении суда. Он дважды устно обращался к председателю Басманного суда, а затем подал жалобу с Мосгорсуд. 16 июля 2002 г. заявитель предъявил исполнительный лист в службу судебных приставов. 24 сентября 2002 г. Председатель Басманного суда сообщил заявителю, что исполнительный лист еще 18 марта был направлен судебным приставам. 22 ноября в службе судебных приставов заявителю вернули исполнительный лист и сообщили, что он должен напрямую обращаться в Министерство финансов. Не получив ответа на свое требование об уточнении исполнительного листа, заявитель вновь обратился в Басманный районный суд и вернул исполнительный лист, в котором была ошибка.

9, 10 и 15 февраля, 3 и 20 марта 2004 г. заявитель направлял жалобы Председателю Верховного Суда РФ, прокурору г. Москвы и прокурору Басманной районной прокуратуры по поводу длительного отказа исправить исполнительный лист. 10 апреля 2004 г. заявитель по почте получил новый исполнительный лист, датированный 30 марта 2004 г. на сумму 18 446 рублей 54 копейки. В письме из Верховного Суда от 14 апреля 2004 г. заявителю было сообщено, что исправленный исполнительный лист был направлен в службу судебных приставов. 6 мая 2004 г. Министерство Юстиции сообщило заявителю, что служба судебных приставов с 1 января 2002 г. разыскивает его и не имеет сведений о том, куда следует перечислить сумму по исполнительному листу в размере 18 446 рублей 54 копейки.

15 марта 2004 г. заявитель обратился с иском об индексации присужденной суммы компенсации. 24 ноября 2004 г. суд удовлетворил эти требования в размере 6 269 рублей в части компенсации и 6 000 рублей судебных расходов. 25 ноября 2004 г. Министерство финансов вернуло исполнительный лист заявителю как дефектный. 16 декабря 2004 г. Басманный суд выдал новый исполнительный лист и самостоятельно направил его в Министерство финансов, уведомив заявителя, что предыдущий действительно был оформлен с нарушением закона об исполнительном производстве. К моменту представления в Европейский суд последних меморандумов сторон, решения российского суда в пользу заявителя так и не были исполнены.

Заявитель в своей жалобе в Европейский Суд поднимал вопросы бесчеловечного обращения во время двух его задержаний в июне и июле 2000 г. Суд счел, что во время его задержания 14-15 июня 2000 г., обращение с заявителем, не смотря на то, что он был в состоянии стресса и оставался задержанным в течение 12 часов, не достигло того уровня жестокости, чтобы можно было бы признать нарушение статьи 3 Конвенции, запрещающей пытки и жестокое и унижающее обращение. Напротив, в отношении задержания 6-7 июля 2000 г., с учетом длительности задержания в течение более двадцати двух часов, отсутствия еды, воды и возможности пользования туалетом, а также оскорблений и физического воздействия со стороны милиционеров, было признано нарушение статьи 3, а само обращение с заявителем было расценено как бесчеловечное. Дополнительным аргументом для признания нарушения послужило наличие заключений Европейского Комитета по предотвращению пыток, который обследовал места временного содержания в некоторых московских отделениях милиции. Суд также признал нарушение статьи 3 и в части отсутствия расследования по факту бесчеловечного обращения с заявителем.

Заявитель обжаловал также оба периода задержания 14-15 июня и 6-7 июля 2000 г., так как они не соответствовали требованиям статьи 5 (ч.1 (с), 2, 3, 4) Конвенции. С точки зрения заявителя, задержание было незаконным, так как уголовное дело в отношении него было прекращено, но Правительство утверждало, что оно было законным, так как его имя было включено в список федерального розыска. Суд в данном случае счел, что сотрудники милиции могли действовать незаконно, при этом добросовестно заблуждаясь, что не снимает в целом ответственности с государства-ответчика, так как единственной причиной для задержания было отсутствие координации между различными органами власти. Кроме того, ни в первый, ни во второй раз дежурный офицер не зафиксировал задержание заявителя и не оформил протокола, что само по себе не совместимо с гарантиями статьи 5, так как потенциально дает возможность скрыть другие нарушения фундаментальных прав. В связи с признанием нарушения по статье 5 (1), устанавливающей требования к законности и обоснованности задержания, Суд счел, что нет необходимости отдельно рассматривать вопросы, которые поднимались в рамках статьи 5 (2, 3, 4).

Суд также счел, что в отношении заявителя было нарушено право на компенсацию, в связи с незаконным арестом, предусмотренное статьей 5 (5) Конвенции. Длительная невыдача исполнительного листа и неисполнение решения суда были признаны также нарушением статьи 6(1) в части разумности сроков рассмотрения.

4. Дело Radchikov v. Russia

В октябре 2005 г. жалоба Radchikov v. Russia была объявлена приемлемой [3]. Она интересна несколькими моментами. Во-первых, сам заявитель после направления обращения погиб в автокатастрофе, но Суд признал за его дочерьми право поддерживать жалобу далее. Во-вторых, сама жалоба затрагивает один из самых обсуждаемых в нашей стране вопросов современного уголовного процесса — возможность органов прокуратуры приносить протест на оправдательные приговоры.

Заявитель обвинялся в совершении нескольких преступлений, в том числе — организации убийства своих деловых конкурентов — и в связи с этим был помещен под стражу. Жалоба в Европейский суд касалась двух аспектов уголовного процесса в отношении заявителя: законности помещения под стражу и продления сроков содержания под стражей, а также гарантий справедливого судебного разбирательства и права не быть судимым дважды за одно и то же преступление.

Вопрос о законности содержания под стражей был отклонен Европейским судом как неприемлемый. Но Суд счел, что нельзя отклонить как неприемлемый вопрос отмены оправдательного приговора. Заявитель был оправдан Военным судом Московского округа, прокуратура опротестовала данный приговор в Верховном Суде РФ в кассационном порядке. Но Верховный Суд 25 июля 2000 г. оставил оправдательный приговор в силе, и заявитель был освобожден. 25 августа 2000 г. прокуратура опротестовала оправдательный приговор в надзорном порядке на том основании, что расследование не было полным. 13 декабря 2000 г. Президиум Верховного Суда отменил оправдательный приговор и кассационное определение по следующим основаниям: в уголовное дело были включены недопустимые доказательства, не было проверено, давал ли заявитель признательные показания под давлением; органы расследования не провели следственный эксперимент, не допросили свидетелей, указанных заявителем, включили в материалы дела заключение экспертов, назначенных незаконно; в приговоре не были устранены противоречия между показаниями обвиняемого на предварительном следствии и в суде. Дело было направлено на дополнительное расследование. 15 декабря 2000 г. Главный военный прокурор заявил в СМИ, что заявитель может быть вновь заключен под стражу. 31 января 2001 г. заявитель погиб в автокатастрофе. 2 апреля 2001 г. уголовное дело в отношении него было прекращено в связи с его гибелью, но 28 марта 2003 г. гражданин С., который обвинялся вместе с заявителем, был признан виновным и приговорен к 14 годам лишения свободы.

Европейский суд счел, что в данном деле стороны поднимают серьезные вопросы фактов и права, поэтому нельзя ее объявить неприемлемой.

В данном деле интересны позиции заявителя и Правительства. Так, Правительство полагает, что жалоба является явно необоснованной, так как протест в надзорном порядке был подан в рамках надлежащей правовой процедуры: надзорный порядок существует для обеспечения правосудия и не предвосхищает дальнейших судебных решений. Кроме того, Правительство сослалось на то, что в деле Nikitin v. Russia Европейский Суд указал, что «принцип правовой определенности [4] является относительным и может зависеть от обстоятельств».

Заявители, опровергая доводы Правительства, указали, что оправдательный приговор был опротестован не в связи с существенными нарушениями процессуального порядка или новыми фактами, как того требует внутреннее законодательство, в том числе и Конституционный Суд РФ. Кроме того, ссылка на дело Nikitin v. Russia была, по мнению заявителей, неуместна, так как фактические обстоятельства в значительной мере отличаются, а обстоятельства скорее аналогичны делу Ryabykh v. Russia, в котором было установлено нарушение статьи 6 (1) Конвенции, устанавливающей принцип правовой определенности в отношении решений судебных органов.

Как следует из описания фактических обстоятельств дела, основная проблема, которую заявители ставят перед Судом, заключается в том, что фактически ответственность за некачественно проведенное предварительное расследование, в результате которого был постановлен оправдательный приговор, возлагается на оправданного. В результате отмены оправдательного приговора он опять оказывается обвиняемым, а органы предварительного расследования и прокуратуры получают возможность исправить ранее допущенные ошибки, на которые указала защита, и довести дело до обвинительного приговора, представив уже более качественные по форме, но не по сути доказательства.

Данное дело, бесспорно, отличается от ранее рассмотренного дела Nikitin v. Russia, прежде всего тем, что в деле Никитина речь шла о возможности опротестовать оправдательный приговор в кассационном порядке, а не в порядке надзора. В связи с существующей крайне противоречивой практикой Конституционного Суда РФ, постановление Европейского Суда по данному делу будет бесспорно актуальным, независимо от разрешения самого вопроса о наличии или отсутствии нарушения. Следует отметить, что заявители представлены одним из наиболее известных адвокатов, специализирующихся на представлении интересов заявителей в Европейском Суде — Каринной Москаленко.

5. Дело Tarariyeva v. Russia

11 октября 2005 г. Европейский суд вынес решение о частичной приемлемости жалобы Tarariyeva v. Russia. Жалоба касается условий содержания и предоставления медицинской помощи сыну заявительницы Тарариеву Н.И. в нескольких учреждениях пенитенциарной системы, как во время содержания под стражей, так и во время отбывания наказания. Жалоба также касается смерти и расследования факта смерти сына заявительницы.

Суд отверг некоторые части жалобы, признав их неприемлемыми по нескольким основаниям: некоторые фактические обстоятельства, послужившие предметом жалобы, произошли раньше ратификации Конвенции, то есть до 5 мая 1998 г.; в отношении части оснований обращения был пропущен 6-месячный срок [5], а в отношении части оснований обращения не были исчерпаны средства правовой защиты [6]. Тем не менее, Суд объявил жалобу приемлемой в отношении условий содержания и предоставления медицинской помощи Тарариеву Н.И. в период его содержания в учреждение УО-68/9 ГУИН Минюста РФ по Краснодарскому краю (Хадыженская колония); в отношении факта использования наручников, которыми Тарариев Н.И. был пристегнут к больничной кровати в Апшеронской районной больнице; факта транспортировки Таратиева Н.И. из Апшеронской районной больницы в лечебно-профилактическое учреждение № 5 в обычном автомобиле для перевозки заключенных, а не в машине скорой помощи, что привело к резкому ухудшению состояния его здоровья; в отношении факта смерти Тарариева Н.И., как результата ненадлежащего предоставления медицинской помощи, а также отсутствия эффективного расследования факта смерти.

Данная жалоба является достаточно типичной, хотя такие обращения не всегда бывают должным образом обоснованы и по этой причине не рассматриваются Судом. Позиция Правительства по данной жалобе также является типичной, то есть Правительство пытается оспаривать каждый довод заявителя, утверждая, что медицинская помощь была надлежащей, а некоторых фактов, например, использования наручников, не было. К сожалению, до настоящего времени, несмотря на достаточно большое количество решений и постановлений Европейского суда об условиях содержания в СИЗО и в колониях, ситуация практически не изменилась за исключением перенаселенности камер в СИЗО.

6. Другие дела, рассмотренные Судом

В октябре Суд вынес постановления по двум жалобам, которые касались рассмотрения дела в кассационном и надзорном порядке без участия одной из сторон. В деле Groshev v. Russia Суд признал нарушение статьи 6 (1), устанавливающей право на справедливое судебное разбирательство, так как рассмотрение в кассационном порядке произошло без участия заявителя. Последний в этот момент находился в больнице, и утверждал, что он направлял телеграммой соответствующее уведомление в Мосгорсуд. Слушание было один раз отложено на неделю, так как не было подтверждения, что заявитель получил повестку. Посланную повторно повестку заявитель получил на следующий день после судебного разбирательства, которое произошло без участия сторон.

В решении по вопросу о приемлемости по делу Fedorov v. Russia ставился вопрос о том, что ни заявитель, ни его адвокат не были уведомлены о принесении протеста в порядке надзора и рассмотрении этого протеста в судебном заседании Президиумом Ростовского областного суда, в результате которого дело заявителя было направлено на новое рассмотрение в Таганрогский городской суд. Заявитель обжаловал это постановление в Верховный Суд РФ, но безрезультатно. Также он обратился в Конституционный Суд РФ с вопросом о соответствии Конституции нормы статьи 377 УПК РСФСР, но ему было отказано в рассмотрении, так как Конституционный Суд уже высказался о ее неконституционности 14 февраля 2000 г. В связи с этим заявитель должен был обжаловать применение этой нормы в судах общей юрисдикции.

Следует отметить, что при повторном рассмотрении уголовного дела обвинение против заявителя было переквалифицировано на более тяжкое. Срок его наказания был увеличен на шесть месяцев. Тем не менее, после коммуникации жалобы, прокурор Ростовской области внес новый протест в Президиум Ростовского областного суда, который вновь переквалифицировал действия заявителя, и сократил срок наказания до полутора лет. Заявитель был освобожден на основании Акта об амнистии от 26 мая 2000 г.

Основной довод Правительства в данном деле был следующим: участие сторон при разбирательстве в надзорном порядке является необязательным. Заявитель возражал, настаивая, что его должны были уведомить о надзорном производстве по его делу, а также ссылаясь на нарушение принципа «правовой определенности».

Правительство также поднимало вопрос о пропуске 6-месячного срока, но Суд счел этот довод необоснованным. А заявитель также поднимал вопрос о его дискриминации на том основании, что Верховный Суд РФ отказался рассматривать в надзорном порядке его жалобу на постановление Президиума Ростовского областного суда. Суд счел этот довод не соответствующим требованиям существа Конвенции.

Суд признал жалобу частично приемлемой в части гарантий справедливого судебного разбирательства в ходе рассмотрения протеста прокурора в порядке надзора Президиумом Ростовского областного суда в 2000 г.

Следует отметить, что это не первая жалоба, рассмотренная на предмет приемлемости Европейским судом, в отношении участия сторон в надзорном производстве. Ранее этот же вопрос поднимался в жалобе Vanyan v. Russia, решение о приемлемости которой было вынесено 13 мая 2004 г., но постановления по данному делу еще нет.

Суд также вынес постановления по жалобам Shilyayev v. Russia и Shvedov v. Russia, обе из которых касались выплаты возмещения вреда, причиненного незаконным осуждением. Суд в обоих случаях счел, что задержка выплаты произошла по вине государственных органов, и заявитель не должен претерпевать от этого ограничения своих прав. Суд установил нарушение ст.6(1), требующей исполнения судебных решений и ст.1 Протокола 1, защищающую право собственности, и присудил справедливую компенсацию морального вреда в размере 3000 евро по каждой жалобе. Хотя основания признания нарушения по жалобам несколько отличались, так по жалобе Shilyayev v. Russia было принципиальным то, что заявителю несколько раз возвращали документы как неправильно оформленные, хотя он получил их от судебных органов. По жалобе Shvedov v. Russia заявителю долгое время не выплачивали присужденную сумму в связи с отсутствием предусмотренных на это денежных средств в соответствующем бюджете.

Что касается остальных дел, касающихся выплат исковых сумм из казны РФ, то следует отдельно указать постановление по жалобе Gerasimova v. Russia, постановление по которому было вынесено 13 октября. Оно касалось исполнения судебного решения. Компания, в которой работала заявительница, в 1995 г. выиграла иск против Управления социальной защиты населения администрации г. Чапаевска, и позднее — 15 августа 1997 г. — уступила часть этого долга в размере 114 000 рублей заявительнице. Последняя обратилась в Чапаевский городской суд с требованием об исполнении решения 29 мая 1998 г. К 2001 г. заявительнице было выплачено 16 000 рублей, и в 2001 г. она обратилась в суд с требованием о выплате процентов за пользование чужими денежными средствами. 5 апреля 2001 г ей было отказано в иске, так как она не обосновала представленный расчет процентов. 19 сентября 2001 г. Президиум Самарского областного суда в порядке надзора отменил решение от 5 апреля 2001 г. и направил дело на новое рассмотрение. 21 июня 2002 г. Чапаевский городской суд вновь отклонил требования заявительницы на том основании, что Управление социальной защиты населения администрации г. Чапаевска исполняет решение в соответствии со своим бюджетом, в котором было заложено 16 000 рублей в 2000 г., 5 000 рублей — в 2001 г., 12 000 рублей — в 2002 г., и 5 000 рублей также были выплачены.

Правительство не пояснило, каким образом будут выполняться дальнейшие платежи. Основной довод Правительства сводился к тому, что Управление социальной защиты населения администрации г. Чапаевска является муниципальным, а не государственным органом. По мнению Суда, долг по прежнему составляет 87 445 рублей, и он не выплачен до вынесения постановления, Правительство не представило каких-либо убедительных доводов в отношении того, почему администрация г. Чапаевска не включала в свой бюджет обязанности по выплате долга заявительницы, несмотря на то, что с момента вступления в силу решения в пользу Компании прошло более десяти лет, а с момента приобретения права на получение долга заявительницей — более восьми лет. Иными словами, государственные и муниципальные органы должны с необходимой тщательностью подходить к исполнению своих обязательств по судебным решениям о выплате каких-либо задолженностей. Суд установил нарушение статьи 6(1) и статьи 1 Протокола 1. Суд присудил справедливую компенсацию морального вреда в размере 2 400 евро.

Удельный вес пенсионных дел в общем объеме поданных в Европейский Суд жалоб достаточно велик. Их можно отнести к нескольким категориям: определение размера пенсии, длительность судебного разбирательства, которая в отдельных случаях может превышать 8 лет, нарушение принципа правовой определенности при рассмотрении пенсионных дел в надзорном порядке, а также неисполнение судебных решений о выплате присужденной заявителям задолженности. Среди вынесенных в октябре постановлений по пенсионным делам можно назвать Androsov v. Russia, Vasilyev v. Russia, Parkhomov v. Russia, Bazhenov v. Russia, Yuriy Petrovich Romanov v. Russia, Kutepov and Anikeyenko v. Russia. По всем названным жалобам были признаны нарушения статьи 6 (1) и статьи 1 Протокола 1. Одна жалоба Okhnich v. Russia была вычеркнута из списка, так как заявителю была выплачена задолженность по платежам.

Также 11 октября 2005 г. была объявлена частично приемлемой жалоба Kondrashina v. Russia. Жалоба затрагивает вопросы назначения пенсии. Заявительница в судебном порядке отстояла свое право на пенсию, которая высчитывается на основании коэффициента 0.7, против предлагаемых органами социальной защиты 0.525. Белгородский областной суд оставил это решение без изменения, и оно вступило в силу. Тем не менее, заместитель председателя Правительства РФ 12 января 2000 г. обратилась к Генеральному прокурору с письмом, в котором она указывала, что суды совершенно неправильно интерпретируют пенсионное законодательство, что приводит к непредусмотренным расходам Пенсионного Фонда. Она попросила Генерального Прокурора обратиться в Верховный Суд РФ с тем, чтобы пересмотреть одно из подобных дел и создать «прецедент». 25 мая 2000 г. отдел пенсионного фонда обратился в суд с заявлением о возобновлении дела заявительницы ввиду новых обстоятельства, так как 29 декабря 1999 г. Министерство труда и социального развития приняло инструкцию, разъясняющую применение пенсионного законодательства. 14 сентября 2000 г. было вынесено решение в пользу пенсионного фонда, которое было оставлено без изменения 31 октября 2000 г. Основной довод Правительства по этому делу заключается в том, что новое законодательство является новыми обстоятельствами и дает основание для возобновления дела по вновь отрывшимся обстоятельствам, но заявитель не согласен с этим. Суд счел, что в данном случае поднимаются сложные вопросы факта и права, в связи с чем жалобу нельзя признать неприемлемой.

К сожалению, такая жалоба является не единственной в Европейском Суде. Следует отметить, что поток жалоб по пенсионным делам с течением времени не сокращается, а только возрастает, что говорит об отсутствии какого-либо эффекта в виде общих действий, направленных на позитивное урегулирование ситуации, с учетом прав заявителей и пенсионеров разных категорий.

13 октября была также объявлена приемлемой жалоба Akhmadova and Sadulayeva v. Russia, представленная Правовой инициативой по Чечне. Родственник заявительниц Шамиль Ахмадов был задержан, а затем, по их утверждениям, убит служащими федеральных войск. Жалоба также поднимает вопросы бесчеловечного обращения по отношению к самим заявительницам, так как они в течение долгого времени не знали, что произошло с их родственником. Заявители также утверждают наличие нарушений 5, 6 и 13 Конвенции. Правительство возражало, что заявители не исчерпали необходимые средства защиты. Суд счел, что в жалобе подняты взаимосвязанные вопросы права и факта, что ее нельзя признать неприемлемой, разрешение вопроса об исчерпании также было отложено до рассмотрения жалобы по существу.

В заключении остановимся на жалобе Konibolotskiy v. Russia, которая была признана неприемлемой 4 октября 2005 г. Она касалась разумного срока рассмотрения гражданских дел. Заявитель Кониболотский Н.А. обжаловал тот факт, что процесс о разделе совместно нажитого имущества длился, по его мнению, чрезмерно долго, а именно три года и два месяца. В течение этого периода его исковое заявление было рассмотрено в Курском районном суде Ставропольского края, и в результате рассмотрения было заключено мировое соглашение, которое в свою очередь не отвечало условиям законности, и было отменено в надзорном порядке Ставропольским краевым судом. Курский районный суд удовлетворил исковое заявление истца и присудил ему половину совместно нажитого домовладения, но дом было невозможно разделить фактически, и решение было исполнено путем удержания части пенсии ответчицы — бывшей жены заявителя. Суд рассмотрел ход судебного разбирательства с точки зрения трех критериев, установленных практикой Суда, а именно сложности дела, поведения заявителя и действий соответствующих государственных органов. Суд указал, что рассматриваемое дело не было сложным, по «вине» заявителя срок рассмотрения удлинился на восемь месяцев, в то же время именно действия государственных органов, в том числе судов, привело к тому, что дело рассматривалось дважды, а также никакие действия не предпринимались в течение 8 месяцев с 21 июля 1999 г. по 28 марта 2000 г. Таким образом, Суд счел, что «в настоящем деле, хотя указанных выше отложений можно было бы избежать, они не были таковыми, что прийти к выводу о наличии нарушения, с учетом того, что общий период судебного разбирательства составил три года и два месяца, а заявитель был «виноват» в некоторых из задержек». Иными словами, Суд счел данную жалобу явно необоснованной на том основании, что отсутствуют какие-либо признаки нарушения «разумных сроков» рассмотрения дела. Все остальные жалобы заявителя о нарушении его прав, гарантированных статьей 3, статьей 1 Протокола 1 и статьей 5 Протокола 7 Конвенции, Суд также счел явно необоснованными.

Подводя итог, следует отметить, что в данном случае Суд продемонстрировал достаточно традиционный для него подход к определению «разумных сроков» судебного разбирательства, который в значительной мере отличается от российского понимания. Во-первых, отличие основано на том, что во многих европейских странах судебное разбирательство длится значительно дольше, чем в России, и обусловлено сложностью и многоступенчатостью судебных систем. Средние сроки рассмотрения там составляют 3-5 лет. Во-вторых, «недобросовестность» самого заявителя всегда крайне негативно сказывается на оценке Суда. В-третьих, в данном случае иск заявителя был удовлетворен, и решение в его пользу медленно, но исполняется, соответственно, государство предприняло определенные действия для восстановления, безусловно, существенного права заявителя. С учетом этих подходов, Суд отклонил жалобу как неприемлемую, и, по нашему мнению, заявители должны оценивать свою позицию при направлении обращения в Европейский суд с учетом, в том числе и подобных решений.

[1] Юрисдикция Европейского суда в отношении России не распространяется на период ранее 5 мая 1998 г., когда Европейская Конвенция была ратифицирована Российской Федерацией

[2] По установленным правилам рассмотрения жалоб Суд направляет государству-ответчику краткое изложение выдвинутых заявителем претензий и приглашает компетентные власти дать комментарии по делу. Этот элемент процедуры принято называть коммуникацией жалобы.

[3] Зачастую производство в Европейском суде разделяется на две стадии. На первой стадии решается вопрос о приемлемости жалобы, то есть определяется ее соответствие требованиям Конвенции и возможность ее рассмотрения Судом по существу.

[4] Этот принцип подразумевает, что на каком-то этапе судебной процедуры решение по делу становится окончательным.

[6] Подробнее о вопросах исчерпания национальных средств защиты см. там же.

www.sova-center.ru

Еще по теме:

  • Право собственности парковка Машино-место: переоформлять по новым требованиям или нет? Партнер юридической фирмы "Алимирзоев & Трофимов специально для ГАРАНТ.РУ Юрист юридической фирмы "Алимирзоев & Трофимов" специально для ГАРАНТ.РУ С 1 января 2017 года машино-место […]
  • Федеральным законом об информатизации и защите информации О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» Внести в Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (Собрание […]
  • Собственность имущество капитал Эксперты советуют отказаться от практики дарения долей в праве на имущество, приобретенное за счет средств материнского капитала Согласно действующему законодательству жилое помещение, приобретенное, построенное или реконструированное с […]
  • Превышение на 30 км какой штраф Полная таблица актуальных штрафов за превышение скорости Соблюдение скорости движения транспортных средств регламентируется главой 10 Правил дорожного движения и напрямую оказывает влияние на безопасность дорожного движения. Согласно статистическим […]
  • О политических партиях федеральный закон Закон о политических партиях Федеральный закон «О политических партиях» (№ 95-ФЗ от 11 июля 2001) Действует 31-я редакция от 1.12.2012 Исходный текст закона: http://www.rg.ru/2001/07/11/partii-dok.html (пометка "вступает в силу с момента […]
  • Земельные участки под материнский капитал Можно ли приобрести земельный участок с использованием средств материнского капитала? Многие забывают об этом, но на самом деле - материнский капитал вовсе не обязательно тратить на тесное типовое городское жилье. Его можно довольно эффективно […]